Проректор по науке Государственного института русского языка им. А.С. Пушкина Михаил Осадчий

Михаил Осадчий про билингвизм как залог толерантности и мобильности

64
(обновлено 12:24 15.05.2017)
Интервью с Михаилом Осадчим, проректором по науке Государственного института русского языка им. А.С. Пушкина.

– Недавно подошла к концу программа вашего института "Послы  русского языка". Волонтеры вернулись в Москву, и сейчас уже можно говорить о промежуточных итогах. Что удалось, а что нет?

– Мы не ставили перед собой задачу достижения конкретного KPI по результатам года. "Послы русского языка" – первый прецедент, когда мы вывозили за рубеж не дипломированных преподавателей, а обычных ребят. Осенью 74 посла – студенты разных вузов России, причем специализирующихся не только на филологии, отправились в образовательно-просветительские  экспедиции в Киргизию, Таджикистан, Молдавию и Армению. 

Мы хотели показать, что Россия поворачивается к миру молодым, образованным лицом. Перед волонтерами не было цели научить русскому языку – за несколько дней это и невозможно. Они должны были заинтересовать своих сверстников, продемонстрировать наше дружелюбие, современность. Мало кто начинает изучать язык просто потому, что нравится его звучание. Если мотивация не подкреплена интересом к стране, ее культуре, практическими соображениями, то дальше первых уроков дело не пойдет.

Мы привозили этих студентов в другие страны, чтобы показать: русский есть ради чего учить. Есть молодые неполитизированные ребята, готовые к диалогу. Они – будущее лицо России. 

Мы не ожидали, что после завершения акции на нашем портале "Образование на русском" будет такой всплеск. Мы лишь хотели задать новый тренд в продвижении русского языка. Раньше маститые ученые выезжали за рубеж с циклом лекций. Это прекрасный инструмент, но уже недостаточно эффективный. Современный мир избавляется от иерархичности, упорядоченности явлений. Нужно выбирать более современные, мобильные инструменты. Сегодня трансформируется понятие образовательного процесса – образование можно получать из любой точки земного шара.  

– В чем особенность существования и изучения русского языка в каждой из стран, которую вы посетили? 

– В Киргизии русский имеет официальный статус. Это родной язык для части населения, особенно той части, которая живет в крупных городах: Бишкеке, Оше. У их жителей есть понимание, что для доступа к качественному образованию и получению высококвалифицированной профессии нужно знать русский. Конечно, в Киргизии (во всяком случае, мы видели это в Бишкеке), как и во многих странах мира, на смену русско-киргизскому билингвизму приходит доминирование английского, все пытаются стать частью глобальной интеграции. Это закономерное явление. 

В Молдавии политическая ситуация нестандартная, языковой вопрос сильно политизирован. Молдавия гораздо ближе к Европе и поэтому еще больше подвержена глобализационным процессам, чем Киргизия.   

Во всех четырех странах действуют славянские университеты, которые являются авторитетными центрами русистики. 

Но мы изначально предупреждали принимающие стороны, что хотим побывать не в университетах и образцово-показательных городских школах, а в отдаленных поселках, где давно не видели носителей русского. Волонтеры общались с детьми на том иностранном языке, который изучался в их школе: английском, французском, немецком. 

Мы уверены, что нужно развивать многоязычие, а не зацикливаться на английском. Билингвизм – это эрудированность, способность понимать другие культуры, толерантность, мобильность. 

Мы будем счастливы, если акция "Послы русского языка" из локального проекта нашего института превратится в целое студенческое движение. 

– Появляются ли у русского языка какие-то особенности под влиянием местных языков? Как он развивается в отрыве от национальной почвы?  

– Русский язык является одним из т.н. "больших мировых языков". К ним также относится английский, немецкий, испанский, французский и китайский. Это языки, на которых говорят далеко за пределами страны. Их появление изначально было связано с колонизацией, а затем с культурной и экономической экспансией. 

У "больших языков" есть одна проблема: бытуя на разных территориях, изолированных друг от друга, они начинают меняться. В английском мы видим это на примере британского, американского, южноафриканского и австралийского вариантов. В случае с русским эти процессы не так ярко выражены, т.к. территории не сильно разбросаны. Дистанция между Россией и Казахстаном гораздо меньше, чем расстояние между Индией и Британией. 

Русский язык на уровне грамматики и лексики у билингв в Бишкеке мало отличается от общепринятого литературного, но есть особенности в акценте, порой не только фонетическом, но и смысловом. Как-то в Киргизии я услышал комплимент, адресованный девушке: "У тебя такие бараньи глаза!" Имелось в виду, что они коричневые, как у барашка. Для киргиза это абсолютно положительное сравнение, призванное подчеркнуть в человеке что-то доброе и замечательное: барашек кормит, дает тепло. Женщину киргизы могут сравнить с кобылицей – что в России было бы оскорблением. 

Этнокультурные особенности всегда вмешиваются в язык не на уровне грамматики или фонетики, а на уровне смыслов. Ведь язык никогда не существует в оторванности от менталитета народа, его понимания жизни. В язык мы вкладываем наши образы, традиции и привычки.  Киргизский или армянский "русский" другой, потому что он выражает другое сознание. 

– Какой учебник институт имени Пушкина рекомендует для изучения русского как иностранного? 

– В любом учебнике есть две важных составляющих: методика и конкретный материал – задания, лексический минимум. Вторая составляющая устаревает очень быстро. 

Единого учебника для иностранцев на сегодняшний день нет, и это большая проблема. РФ, в соответствии с Федеральным законом о государственном языке, берет на себя обязательства поддерживать изучение русского за рубежом. Соответственно, мы должны комплектовать школы, где преподается русский. Процесс доставки словарей, сборников упражнений и учебников всегда завязан на бюджете, таможне. Бывает, образовательная организация направляет нам запрос, он обрабатывается, проходит согласование, расходы закладывают в бюджет. Спустя полгода, мы звоним в учебную организацию и сообщаем, что готовы, наконец, отправить грузовик с учебниками. А у них за полгода распалась группа, или ученики успели с уровня с А2 вырасти до B2. 

Проблема комплектации зарубежных школ должна решаться по-другому. Невозможно постоянно гадать, догонит ли Ахиллес черепаху. Решением хронической проблемы является развитие электронных образовательных порталов. 

– С учебными материалами понятно. А что насчет методики? Насколько быстро она устаревает?  

– Она меняется в ногу с психологией и социологией. Современный человек все меньше воспринимает плоскостные, одномерные тексты. Современным детям необходимо, чтобы информация преподносилась в живом формате: аудио, видео, гиперссылки. Мы привыкли к работе с текстом в киберпространстве. Современная методика предполагает абсолютно другой формат работы с учеником. 

– В связи с этим перед вами наверняка стоит задача переобучения преподавателей русского…

– Мы создали портал не только для студентов, но и для учителей русского языка. Теперь нам важно, как он будет использоваться. Но преподавателям недостаточно просто дать доступ к личному кабинету на сайте. Нужно специально работать над их переподготовкой. У нас уже есть несколько курсов.  

– Влияет ли на нормы русского языка политический контекст? 

– Безусловно, есть нормы русского языка, а есть текущая политическая ситуация. Хотя это вещи разные, они влияют на язык. Белоруссия настаивает, чтобы ее называли "Беларусь", а Киев борется за словосочетание "в Украине". Эти страны считают, что Россия недостаточно учитывает их интересы, поэтому требуют от нас произношения, которое принято в их стране. С точки зрения лингвистики это неверно. Мы же не пристаем к англичанам с требованием перестать называть Россию "Рашей". Возможно, французам не нравится наше "ш" в произношении слова Париж. Но они не требуют называть свои столицу на французский манер – "Пари́". 

Россия граничит с Белоруссией и Казахстаном, между нашими странами установлены тесные контакты. Но русский в каждой из этих стран имеет свои особенности. Основу казахского языка составляет тюркская ветвь. Белорусский язык имеет славянские корни, близкородственные русскому. Когда языки абсолютно не похожи, в сознании человека они оба сохраняются в изолированном виде. Китайский с русским сложно перепутать. А вот с похожими языками все гораздо сложнее. 

Русский вытеснил белорусский и украинский из сознания целого поколения. Естественно, противодействие этому процессу становится выраженным. Если в Казахстане абсолютно нормальное отношение к билингвизму и русскому в частности – он не угрожает казахскому, то в Белоруссии чувствуют когнитивную угрозу вытеснения. 

Враждуют не цвета, враждуют оттенки. Цветам нечего друг с другом делить: зеленый и синий разные. Спорить будут салатовый и зеленый. То же самое с языками. Тем не менее, практика Европы, большого дома для многих народов, показывает, что за билингвизмом будущее.

64
Загрузка...