Тэя Шенгелая и ее сестра-близнец Лиана

Звездная история: сестры-грузинки восхитили своим пением Кети Мелуа

445
(обновлено 15:26 19.09.2019)
Проект "Грузины за рубежом" знакомит с популярной грузинской исполнительницей, одной из сестер-близнецов Шенгелая – Тэей

Они с сестрой Лианой разделили генетический талант и способность стремиться к цели. В Грузии Тэя окончила англоязычный медицинский университет. Последние два года жила в Лондоне. А до 2016 года вместе с родителями – в Дубае, где сполна проявила свои возможности в самых различных сферах. Медицина, киноиндустрия и музыкальный жанр – всюду добивалась успеха.

Начав вместе с сестрой писать музыку, она выбрала для своего бенда тематическое название "Сестры-целительницы" (Healer Twins). Несмотря на большое сходство, Тэя считает, что отличается от Лианы тем, что… Впрочем, об этом расскажет сама Тэя. С ней Sputnik Грузия связался в Тбилиси.

- Говорят, близнецы распределяют способности между собой поровну и выбирают одну и ту же сферу интересов. А чем вы отличаетесь?

- Несмотря на внешнее сходство и общий успех, мы все же друг от друга действительно отличаемся. Моя сестра играет на различных музыкальных инструментах, я – не играю. У нее такой слух, что может наиграть мелодию на любом инструменте, у меня таких способностей, к сожалению, нет. Зато есть сильные вокальные данные. Поэтому мы хорошо дополняем друг друга. Интересы и вкус у нас одинаковые, характерами похожи и все же… Думаю, я более коммуникабельная, чем Лиана…

თეა შენგელაია
Тэя Шенгелая

- О ваших успехах грузины узнали издалека, из-за границы. Это произошло после вашего участия в культовом фильме "Звездные войны"…

- У нас почему-то так и происходит – если ты состоялся за рубежом, потом, возможно, на тебя обратят внимание и в родной стране. Это очень плохая тенденция… Живя в Грузии, мы выступали с концертами, но особого внимания к нам не было. Потом, когда нас "посмотрели" в "Звездных войнах", поднялся ажиотаж… Но до "Звездных войн" нас заметили арабские режиссеры и сняли во многих короткометражных фильмах.

- Вы дружите с Кети Мелуа?

- С Кети Мелуа мы познакомились в Лондоне – через друзей семьи. Тогда мы учились в магистратуре. Она пригласила нас на свой концерт, и после него снова встретились. Позднее гостили у нее дома. У нас до сих пор очень теплые отношения.

თეა შენგელაია
Тэя Шенгелая

- Как получилось, что ее брат играл в вашем бенде?

- Да, Зура действительно играл в нашем бенде, и у нас было несколько совместных выступлений. Когда он великолепно сыграл нашу музыку, которая по мелодичности похожа на музыку Кети, она решила, что он будет играть на концертах вместе с ней. Раньше такого не было. Зура нам сказал, что она не разрешала играть вместе с ней, потому что полагала, будто он исполняет лишь хард-рок и метал-рок… Между прочим, у мужа Кети тоже есть бенд, который принадлежит к течению хард-рока… В общем, Кети очень понравилось исполнение брата в нашем бенде. Приехав в Грузию, Зура на дне рождения сыграл песни Кети.

- Не планируется ли ваше общее выступление с Кети Мелуа или концерт?

- Кети пригласила нас домой на новогодний прием и сказала, что ей очень нравится наша музыка, выразив желание, "сделать" что-то совместно. Правда, пока что это остается только желанием, реальных сдвигов в этом направлении еще не было… Дома у Кети мы исполнили две наши песни, сама Кети также сыграла. Прием был очень теплый. Она много с нами беседовала. Говорит, что безумно любит Грузию, часто ее вспоминает, особенно тепло запомнилась ей поездка в Гори – там она записала песню вместе с местным хором.

დები შენგელაიები ქეთი მელუასთან სტუმრად
Сестры Шенгелая и Кэти Мелуа

- Для своих песен вы сами пишете тексты на английском языке. А у вас нет желания написать грузиноязычную песню?

- Наш отец – поэт, и мы хотим создать грузиноязычные песни на папины стихи.

- С медициной ваши связи оборвались?

- Нет, и никогда не прекращались. В Лондоне я окончила магистратуру и принимаю участие в международном исследовании, которое касается туберкулеза.

- Говорят, близнецы не могут долго оставаться друг без друга…

- Да, и мы не можем. Нам бывает очень трудно, стараемся встречаться хотя бы дважды в год. То моя сестра ко мне приезжает, то я – к ней.

- Чем нас еще удивите в будущем?

- Мы никогда не останавливаемся, у нас все время новые проекты. Получая интересные предложения, с удовольствием их принимаем. Принимаем и все вызовы. Потому что любим новшества и без этого не можем…

445
Темы:
Грузины за рубежом (183)

Президент Сирийской Арабской Республики Башар Асад во время интервью информационному агентству РИА Новости

Башар Асад: Война в Сирии еще не закончена

112
(обновлено 12:59 08.10.2020)
Президент Сирии Башар Асад рассказал о ситуации в регионе, обострении конфликта в Нагорном Карабахе и "горячей" теме последнего времени - коронавирусе

Тридцатого сентября исполнилось пять лет с начала операции российских вооруженных сил в Сирии. В интервью РИА Новости, приуроченном к этой дате, сирийский президент Башар Асад рассказал, можно ли считать, что война в его стране закончилась, что из действий российских военных запомнилось ему настолько, что он будет рассказывать об этом внукам, что стало поворотной точкой в затянувшемся конфликте и что ждёт две страны в плане военно-технического сотрудничества. Он также поделился своим видением причин обострения ситуации в Нагорном Карабахе, оценил перспективы выборов президента США и выдвижения Дональда Трампа на Нобелевскую премию мира. Кроме этого, сирийский лидер сообщил, есть ли у него данные о том, что американцы могут готовить на него покушение. Затронув и самую "горячую" тему последнего времени - коронавирус, Асад рассказал, хотел бы он привиться российской вакциной и нужна ли она сирийцам в целом.

- Господин президент, спасибо вам большое за возможность провести это интервью в те дни, когда отмечается пятилетие со дня начала российской операции в Сирии. Спустя пять лет, можете ли вы сказать, что война в Сирии завершилась?

- Нет, определенно нет. Пока террористы занимают некоторые районы нашей страны и совершают различного рода преступления и убийства, война не закончена. И я думаю, что их руководители намерены сделать так, чтобы она продолжалась еще долгое время. Вот, что нам кажется.

- Какие моменты героизма россиян вы помните и храните в сердце? Какие из них, на ваш взгляд, заслуживают того, чтобы рассказывать о них внукам?

- Их так много. Я помню, конечно, многие из них. Спустя пять лет сотрудничества сирийской и российской армий в жестокой войне, я думаю, что героизм становится коллективным актом. Это не что-то индивидуальное, это не только несколько конкретных случаев героизма, о которых вы помните. Например, если вспоминать о военных пилотах, воздушных силах, то российские летчики продолжали совершать вылеты против террористов ежедневно, рискуя своими жизнями, а несколько самолетов были сбиты террористами. Если говорить о других офицерах, то они до сих пор поддерживают сирийскую армию не в тылу, а на передовой, а некоторые из них погибли как мученики. Так что однажды я расскажу своим внукам не только о героизме, но и об общих ценностях наших армий, которые сделали нас братьями в ходе войны. Благородные ценности, верность своему делу, защита мирного населения, защита невинных. Много чего можно рассказать об этой войне.

Президент Сирийской Арабской Республики Башар Асад (слева) и заместитель главного редактора - директор главной дирекции информации МИА Россия сегодня Дмитрий Горностаев во время интервью в Сирии
© photo: Sputnik / РИА Новости
Президент Сирийской Арабской Республики Башар Асад (слева) и заместитель главного редактора - директор главной дирекции информации МИА "Россия сегодня" Дмитрий Горностаев во время интервью в Сирии

- А какой момент стал для вас поворотной точкой в этой войне?

- Сейчас прошло уже почти десять лет с момента начала войны, так что я могу назвать несколько поворотных точек, а не одну. Первая случилась в 2013 году, когда мы начали освобождать от "Ан-Нусры"* много районов, особенно расположенных в центральной части Сирии. Затем в 2014 году на другом направлении боевики ИГИЛ* внезапно появились при американской поддержке и захватили одновременно очень важную часть территорий в Сирии и Ираке. Это был момент, когда террористы начали захват других районов, потому что ИГИЛ удалось отвлечь армию САР от выполнения ее миссии по освобождению западной части страны. После этого другим поворотным моментом стал приход в Сирию россиян в 2015 году, и мы вместе начали освобождать множество районов. На этом этапе после того, как россияне пришли поддержать армию Сирии, я бы назвал еще одной поворотной точкой освобождение восточной части Алеппо. Это тот момент, с которого началось освобождение других районов Сирии. Это было важно из-за значимости Алеппо, потому что этот момент стал началом крупномасштабного освобождения территории, которое продолжилось позднее в Дамаске, затем, совсем недавно, в оставшейся части Алеппо, а также в других районах на востоке и юге Сирии. Это и есть поворотные моменты. Если сложить их вместе, то все они являются стратегически важными, все из них изменили ход этой войны.

- Теперь об актуальных событиях. Мы в России сейчас следим за региональным конфликтом Армении и Азербайджана. И, конечно, Турция играет в нем свою роль. Не буду судить, негативную или позитивную. Но хотел бы задать вопрос о Турции и политике Эрдогана. В последние годы Турция старается максимизировать свое международное влияние. Мы видим ее присутствие в Ливии, вмешательство в ситуацию в Сирии, территориальные споры с Грецией, а теперь – открытую поддержку Азербайджана. Что вы думаете о таком поведении Турции и лично Эрдогана? Должно ли международное сообщество уделять больше внимания этому нео-османизму?

- Позвольте мне высказаться откровенно и четко. Эрдоган поддерживает террористов в Сирии, он поддерживает террористов в Ливии, он был главным подстрекателем и инициатором начавшегося недавно конфликта в Нагорном Карабахе между Азербайджаном и Арменией. Так что в целом его поведение опасно. По разным причинам. Во-первых, потому что оно - отражение линии "Братьев-мусульман"*, а они – экстремистская, террористическая группировка. Во-вторых, он начинает войны в различных регионах, чтобы отвлечь общественное мнение в Турции от его действий внутри страны, особенно после его скандальных связей с ИГИЛ в Сирии. Все знают, что ИГИЛ продавала сирийскую нефть через Турцию под прикрытием американских ВВС, и о том, конечно же, что турки участвовали в торговле этой нефтью. Таковы его цели, и это опасно. К вопросу о том, должно быть международное сообщество в курсе этого или нет. Термин "международное сообщество" в действительности означает лишь небольшую группу стран - великие державы и богатые страны. Назовем их влиятельными на политической арене странами. Большинство этого международного сообщества – соучастники Турции по поддержке терроризма. Так что они знают, что делает Турция, им нравится, что она делает, Турция – инструмент этих стран по внедрению в этом регионе их политики, претворения в жизнь их идей. Поэтому – нет, мы совсем не можем рассчитывать на международное сообщество. Можно было бы рассчитывать на международное право, но его не существует: нет институтов, которые обеспечивали бы применение этого права на практике. Так что нам в Сирии приходится полагаться на себя и помощь друзей.

Президент Сирийской Арабской Республики Башар Асад во время интервью в Сирии
© photo: Sputnik / РИА Новости
Президент Сирийской Арабской Республики Башар Асад во время интервью в Сирии

- И еще о конфликте в Нагорном Карабахе. Поступают сообщения о том, что террористов из группировок, которые раньше воевали в Сирии, перебрасывают в зону армяно-азербайджанского конфликта. Можете ли вы это подтвердить? Есть ли у вас данные о том, что боевики направляются из Сирии в…?

- Мы определенно можем это подтвердить, но не потому что у нас есть доказательства. Иногда доказательств нет, но есть указания на это. Турция использовала в Сирии террористов из разных стран. Она использовала те же методы в Ливии – использовала там террористов из Сирии, может, из других стран. Так что то, что она использует те же методы в Нагорном Карабахе, не требует доказательств, это очень вероятно, потому что, как я уже сказал, именно Турция привела к этой проблеме, начала этот конфликт: она его поощряла. Турция хотела достичь чего-то, и она собирается использовать те же методы. И мы можем сказать с уверенностью, что она использует террористов из Сирии и других стран в Нагорном Карабахе.

- Давайте перейдем к теме отношений между нашими странами. Планируются ли у вас какие-то контакты или встречи с президентом Путиным?

- Мы находимся в постоянном контакте - главным образом по телефону - всякий раз, когда что-то происходит или есть необходимость в беседе. Конечно, мы продолжим общаться и, конечно, встретимся в будущем, но это зависит от политической ситуации в Сирии. И, как вы знаете, сейчас весь мир парализован пандемией коронавируса, так что в ближайшее время, я думаю, беседы будут проходить по телефону.

- Планируете ли вы поднимать вопрос о новых кредитах для Сирии, новых займах?

- В нашей экономической ситуации мы считаем важным обращаться за кредитами, но в то же время нельзя идти на подобный шаг, не имея возможности затем выплатить эти кредиты. Иначе это станет тяжелым бременем для экономики, так что нужно учитывать эти аспекты. Мы думаем о кредитах, мы обсуждали это с нашими российскими коллегами, но нужно подготовиться к такому шагу, прежде чем говорить об этом серьезно, на практическом уровне.

- Недавно Сирию посетила делегация из России, в том числе, здесь был вице-премьер Борисов. Заинтересована ли Сирия в покупке зенитных систем, таких как С-400? Или, может, нуждается в дополнительных С-300?

- Два года назад мы начали реализовывать план по модернизации нашей армии, и очевидно, что мы собираемся провести эту модернизацию в сотрудничестве с министерством обороны России, потому что вот уже несколько десятилетий наша армия полностью опирается на российские вооружения. Но у нас есть приоритеты, речь не обязательно идет о ракетах. Могут быть в настоящее время и другие приоритеты в том, что касается борьбы "на земле". У нас есть полномасштабный план, но мы должны действовать в соответствии с приоритетами. Обычно мы не говорим о деталях наших военных планов, но в целом, как я уже сказал, это касается модернизации армии во всех аспектах.

- Вы наверняка следите за президентской кампанией в США. Надеетесь ли вы, что новый американский президент, независимо от того, кто им станет, пересмотрит политику санкций в отношении Сирии?

- Мы обычно ждем от американских выборов избрания не президента, а главы корпорации, потому что есть совет директоров, и этот совет директоров состоит из лоббистов, крупных корпораций, таких как банки, оружейные и нефтяные компании и так далее. Так что выбирают главу корпорации, и у него нет ни прав, ни полномочий пересматривать какие-либо решения, он должен их только выполнять. Именно это и произошло с Трампом, когда он стал президентом.

- Раньше он и был много лет генеральным директором…

- Совершенно верно! Он и остался им. Трамп хотел следовать своей собственной политике, проводить ее, и почти поплатился за это: вспомните тему импичмента. Трампу пришлось проглотить каждое сказанное перед выборами слово. Вот почему, как я сказал, не стоит ожидать выборов президента, речь о генеральном директоре. Если вы хотите говорить об изменении политики, имейте в виду - у вас тот же самый совет директоров, который не меняет свою политику. Генеральный директор может меняться, но совет останется прежним, так что не ждите ничего.

- А кто входит в этот "совет директоров"? Кто эти люди?

- Как я уже сказал, этот совет состоит из групп лобби, которые претворяют в жизнь то, что они хотят, они контролируют конгресс и других, в том числе средства массовой информации и так далее. Таким образом, это альянс различных корпораций, которые действуют в США в своих корыстных интересах.

- Трамп пообещал вывести американские силы из Сирии, но это ему не удалось. Теперь его номинировали на Нобелевскую премию мира. Как Вы считаете, если он сможет вернуть американских солдат домой, он получит премию мира?

- Его номинировали?

- Да.

- Не знал. Если вы хотите поговорить об этой номинации на премию мира, то мир заключается не только в выводе войск, хотя это хороший и необходимый шаг. Но мир – это ваша политика, ваше поведение. Прекращение оккупации территорий, прекращение свержений неугодных правительств только потому, что они вас не поддерживают, прекращение создания хаоса в различных регионах. Мир – это следование международным законам и Уставу ООН. Вот что такое мир, вот за что нужно давать Нобелевскую премию мира. Обама ее получил, он только был избран и ничего не сделал. Единственное его достижение на тот момент, возможно, заключалось в том, что переехал в Белый дом. И ему дали Нобелевскую премию. Думаю, что Трампу ее могут дать за что-то похожее. Не знаю, за что это будет. Но точно не за мир.

- Трамп недавно признал, что он хотел отдать приказ о вашей ликвидации, но бывший тогда главой Пентагона Мэттис его отговорил. Вы об этом знали? Были ли приняты какие-то меры?

- Убийства – это американский метод работы, modus operandi, они делают это постоянно на протяжении десятилетий. Повсюду, во всех уголках мира. Здесь нет ничего нового. Поэтому нужно иметь в виду, что подобного рода планы по различным причинам всегда существовали. И нам в условиях конфликта в Сирии следует ожидать от американцев чего-то похожего. Они оккупировали нашу землю, они поддерживают террористов. Это вполне ожидаемо. Даже если у нас нет такой информации, это должно быть очевидно. Как это предотвратить? Речь не о каком-то конкретном случае или плане в отношении того или иного человека или президента, речь о линии поведения. Ничто не удержит США от совершения подобных жестоких действий и атак, если в международных отношениях не будет баланса, при котором США не смогут уйти от ответственности за свои преступления. В противном случае такое поведение будет порождать все новые преступления подобного рода в различных регионах, и ничто их не остановит.

Интервью президента Сирии Б. Асада гендиректору МИА Россия сегодня Д. Киселеву
Пресс-служба президента Сирии Башара Асада / Sputnik

- Были ли на вас другие покушения?

- Мне неизвестно о каких-то конкретных случаях. Но, как я сказал, это само собой разумеющееся, что такие попытки или даже, если быть более точным, планы есть. Вопрос только в том: такие планы по-прежнему актуальны или, скажем, поставлены на паузу? Никто не знает.

- Позвольте вернуться к ситуации в Сирии. Вы будете снова баллотироваться на пост президента в 2021 году?

- Пока рано об этом говорить, впереди еще несколько месяцев. Я могу принять решение по этому вопросу в начале следующего года.

- Интересно. Вы поздравили Александра Лукашенко с инаугурацией в Беларуси. Может быть, вы видите сходство между политическими технологиями, использованными Великобританией и США с целью оказать поддержку белорусской оппозиции, и методами, которые применялись против сирийского государства в информационной войне?

- Я направил поздравление президенту Лукашенко, это естественно. Что касается происходящего в Беларуси: вне зависимости от сходства двух стран, Сирии и Беларуси, или различий, вне зависимости от того, происходит ли в стране реальный или искусственно созданный конфликт, Запад – до тех пор, пока он не изменит свою политику гегемонии по всему миру – будет вмешиваться в дела в любом уголке мира. Если у вас в стране есть конкретная проблема – неважно, какого масштаба – Запад все равно вмешается. И если это внутренний процесс, они будут делать его международным, только чтобы вмешаться и влезть в ваши дела. Если у вас нет проблем, они будут делать все возможное, чтобы их создать и сделать международными - для того, чтобы вмешаться в ваши дела. Это их политика.

Так что дело не в том, что именно происходит в Беларуси. В любой стране - в Сирии, Беларуси, в вашей стране - есть свои проблемы. А есть ли у Запада право вмешиваться или нет? Это то, чему мы должны противостоять. Итак, вернемся к вашему вопросу. Да, это то же самое поведение, та же стратегия, та же тактика. Единственная разница – в том, какими терминами они оперируют, какие заголовки используют. Они используют одни заголовки для России, другие для Венесуэлы, третьи для Сирии и так далее. То есть дело не в Беларуси, дело в поведении Запада и его стратегии на будущее, потому что они думают, что подъем России, Китая и других сил в мире представляет для них экзистенциальную угрозу, и единственный способ противостоять ей - это создавать хаос по всему миру.

- Вы уже упомянули коронавирус, его последствия для всего человечества. Болел ли им кто-то из правительства Сирии? Может, вы сами?

- Слава богу, нет. И я не думаю, что кто-то из нашего правительства был инфицирован.

- Это хорошо. А лично вы хотели бы привиться российской вакциной?

- Конечно, в сложившихся обстоятельствах каждый хотел бы привиться от этого опасного вируса. Как я понимаю, эта вакцина еще недоступна на международном рынке, но мы собираемся обсудить с российскими властями, когда она сможет поступить в Сирию. Это очень важно.

- Да, Россия уже заявляла, что вакцина может стать доступна для наших международных партнеров…

- Говорили, что она может быть доступна в ноябре.

- Будете ли вы запрашивать поставки российской вакцины?

- Определенно да. Сейчас это необходимо.

- А в каком количестве?

- Это зависит от того, какое количество вакцины будет доступно. Также нужно обсудить, сколько нам нужно, с органами здравоохранения Сирии.

- То есть вы собираетесь провести детальные переговоры с российскими властями?

- Конечно. Обязательно. Все в Сирии интересуются российской вакциной и тем, когда она будет доступна.

- Сохраняется ли в обществе на фоне вспышки коронавируса запрос на изменение конституции? Ведь пандемия создала новую парадигму в мире и, конечно, в сфере политики. Эти проблемы и ситуация с переговорами в Женеве вызвали сомнение в необходимости изменений конституции. Что вы думаете об этом?

- Нет, никакой связи между коронавирусом и конституцией нет. Мы изменили конституцию в 2012 году и сейчас мы обсуждаем ее в ходе переговоров в Женеве. Мы провели раунд переговоров примерно месяц назад. Из-за пандемии раунды были отложены, но не остановлены.

В конце концов, женевские переговоры - это политическая игра, это не то, на чем сирийское общество сосредоточено. Сирийцы не думают о конституции, никто об этом не говорит. Их волнуют реформы, которые нам нужно запустить, и политика, которую нам нужно изменить, чтобы удовлетворить их потребности. Это то, что мы сейчас обсуждаем, то, о чем мы беспокоимся и на чем правительство сосредотачивает свои усилия.

- То есть вы хотите сказать, что переговоры в Женеве нужно продолжить, вопрос конституции стоит на повестке и что должно быть больше обсуждений?

- Да, конечно. Мы их начали и продолжим в течение следующих нескольких недель.

- Будет ли Сирия проводить судебный процесс против "Белых касок"? Должно ли, на Ваш взгляд, быть международное расследование их деятельности? Может, под эгидой ООН?

- Когда происходит преступление, судят не нож или другое орудие, а преступника. В этом случае "Белые каски" - это лишь инструмент, средство, оружие, которое было использовано терроризмом. Их создали власти Великобритании, поддержали США и, конечно, Франция и другие западные страны, а использовала напрямую Турция. Все эти режимы - настоящие родители "Белых касок", так что к ответственности должны быть привлечены прежде всего они, до самих "Белых касок". Сейчас вопрос в следующем: есть ли в международном праве инструменты, чтобы сделать это? Нет, их нет. В противном случае США бы не избежали наказания за свои преступления, например, в Ираке, в Йемене и других местах. Не только США. Еще и Франция, Великобритания, другие страны, в том числе Соединенные Штаты в Сирии. Но как я уже сказал, нет таких институтов, которые бы привели в действие соответствующие законы. Так что нет, мы должны сосредоточиться больше на виновных, истинных виновных, истинных руководителях. А это - западные страны и их марионетки в регионе.

- Но, возможно, должны быть конкретные шаги и в отношении "Белых касок"? Ведь они все еще продолжают свою деятельность?

- Да, конечно, они преступники. Об ином я и не говорю. Прежде чем стать "Белыми касками", они были "Ан-Нусрой". Есть видео и фотографии этих преступников. Их надо судить в Сирии. Но когда вы говорите о "Белых касках" как об организации, то она была создана на Западе. Люди в ней - преступники, но "Белые каски" - это западный институт, экстремистская террористическая организация, на основе "Ан-Нусры".

- Вы говорите, что присутствие американских и турецких военных в Сирии незаконно. Что вы сделаете для того, чтобы прекратить его?

- Это оккупация. И в данной ситуации нам нужно сделать две вещи: первое - избавиться от предлога, который они используют для оккупации, то есть террористов, в данном случае - "Исламского государства". Большая часть мира знает, что ИГ было создано американцами и поддерживается ими, они дают им задания как и любой другой американской силе. Надо избавиться от этого предлога, поэтому уничтожение террористов в Сирии - это главный приоритет для нас. Если американцы и турки не уйдут после этого, вполне закономерно начнется народное сопротивление. Это единственный путь. Их не заставят уйти дискуссии или международное право, так как его нет. Других средств, кроме сопротивления, нет, и это то, что произошло в Ираке. Что заставило американцев уйти в 2007 году? Это стало результатом сопротивления иракского народа.

- Что вы думаете о соглашении между США и сирийскими курдами по добыче нефти? Предпримете ли вы какие-то меры в связи с этим?

- Это грабеж, и единственный способ остановить его - освободить наши территории. Если этого не сделать, никакие меры не смогут остановить их, потому что они грабители. Вы не можете остановить вора, пока не посадите его в тюрьму или каким-то образом не сдержите его, изолировав от той территории, где он может совершить ограбление. Так же надо поступить и с этими ворами. Их надо выгнать из региона, это единственный способ. И сирийское правительство должно контролировать каждую часть Сирии, чтобы ситуация нормализовалась.

- Как вы оцениваете ситуацию в Идлибе? Как Сирия собирается решать проблему изгнания оттуда террористов? Сколько их сейчас там, по вашим оценкам?

- С 2013 года мы приняли определенную, скажем так, методологию работы в отношении регионов, где террористы контролируют большую часть мирного населения или городов. Мы даем им возможность сложить оружие взамен на амнистию от правительства. Это сработало во многих областях Сирии. Но если они не стремятся к примирению, мы вынуждены решать вопрос военным путем, что и происходило во всех районах, которые мы освобождали с 2013 года. Эта методология применима к районам, где произошло национальное примирение и боевики были сирийцами. Однако Идлиб - другой случай: именно там сконцентрировано большинство иностранных террористов в Сирии, поэтому они либо должны уйти в Турцию – они пришли в Сирию оттуда или через ее территорию, - либо вернуться в свои страны, либо умереть в Сирии.

- Возвращаются в Европу?

- В основном в Европу. Некоторые из них приехали из России, из арабских стран, из очень многих стран мира. Все эти джихадисты хотели приехать воевать в Сирию.

- Сейчас этот район находится, скажем, под присмотром и в условиях совместных операций русских, турок, иногда американцев. На ваш взгляд, это сотрудничество эффективно? Как этот опыт можно использовать в будущем?

- Нет, я не считаю его эффективным по одной простой причине: если бы это было эффективно, нам бы не пришлось сосем недавно начать боевые действия во многих районах Алеппо и Идлиба, потому что турецкий режим должен был убедить террористов покинуть этот район и дать возможность сирийской армии, сирийскому правительству и учреждениям взять его под контроль, но они этого не сделали.

Каждый раз они берут на себя одно и то же обязательство, однако не выполнили ни одного из своих обещаний или обязательств. Поэтому я бы не сказал, что это сотрудничество было эффективным. Но давайте посмотрим. У них еще есть шанс оказать давление на террористов, чтобы они ушли с севера от трассы M4 в Идлибе. Это их последнее обязательство по соглашению с российской стороной, но они его так и не выполнили. Давайте подождем и посмотрим.

- Рассматриваете ли вы возможность переговоров с Израилем в плане прекращения враждебных действий? И возможно ли, что в будущем Сирия установит дипломатические отношения с Израилем, как это недавно сделали некоторые арабские страны?

- Наша позиция по этому вопросу была ясна с начала мирных переговоров в девяностых годах, то есть почти три десятилетия назад, когда мы сказали, что мир для Сирии – это о наших правах. Наше право – это наша земля. У нас могут быть нормальные отношения с Израилем только тогда, когда нам вернут нашу землю. Все очень просто. Это будет возможно тогда, когда Израиль будет к этому готов, а он не готов. Он никогда и не был готов: мы никогда не видели в израильском режиме официального лица, готового сделать хоть один шаг к миру. Поэтому теоретически да, но практически пока что нет.

- Мне казалось, что новости о нормализации отношений других арабских стран с Израилем станут стимулом к началу переговоров об этом между Сирией и Израилем. Но, насколько я понимаю, таких переговоров нет?

- Нет, абсолютно никаких переговоров, абсолютно ничего.

- Вы уже упомянули усиление ваших вооруженных сил. Есть ли для этого какие-то препятствия?

- Когда вы говорите о крупных проектах, у вас всегда есть препятствия. Но вы можете преодолеть их. Нет ничего невозможного. Иногда это могут быть финансовые препятствия, иногда это может касаться приоритетов, иногда это касается ситуации на земле. Это единственное препятствие. В остальном - нет, у нас нет никаких препятствий. Мы движемся вперед в этом направлении, но на это нужно время. Это вопрос времени, не более того.

- Некоторые международные игроки говорят, что для многих западных правительств и, возможно, бизнеса выход Ирана из Сирии является предварительным условием для экономического восстановления страны и сотрудничества с сирийским правительством. Согласится ли на это Сирия? Попросит ли Дамаск Иран уйти из страны, и если да, то когда?

- Во-первых, у нас нет иранских сил, и это абсолютно очевидно. Они поддерживают Сирию, направляют военных экспертов, которые работают с нашими войсками на земле, находятся с армией Сирии. Но давайте рассмотрим один конкретный пример: около года назад американцы сказали россиянам, чтобы те "убедили иранцев отодвинуться на 80 километров от границы с Голанскими высотами", оккупированными израильтянами. Несмотря на то, что никаких иранских военных там не было, иранцы проявили себя очень гибко, они сказали: "Хорошо, иранского персонала не будет южнее этой линии". Американцы заявили, что если будет договоренность по этому вопросу, то они начнут вывод из оккупированной восточной части Сирии на границе с Ираком, называемой ат-Танф. Но ничего не произошло, они (американцы) не ушли. Так что вопрос Ирана – повод для оккупации сирийской земли и поддержки террористов. Он используется как маска для прикрытия их реальных намерений. Единственный путь, при котором они выполнят то, что говорят, это когда Сирия станет государством-марионеткой Соединенных Штатов. Это то, что они хотят, и ничего более. Все остальное, о чем они говорят, - ложь, сфабрикованные обвинения. Так что, я не думаю, что есть какое-то реальное решение вопроса с американцами до тех пор, пока они не захотят поменять свое поведение.

- И последний вопрос. Есть ли что-то, чем вы гордитесь? И о чем вы жалеете из того, что сделали или не сделали?

- За время войны?

- За время вашего пребывания на посту президента.

- Тут надо видеть разницу между политикой и ее реализацией. Что касается политики, с самого начала мы сказали, что собираемся прислушиваться к народу Сирии, поэтому реформировали конституцию в 2012 году. Мы сказали, что собираемся бороться с террористами и продолжаем заниматься этим спустя десять лет. Мы сказали, что должны сохранить нашу независимость – национальную независимость, и это то, за что мы сражаемся, и нам необходимо создавать союз с нашими друзьями. Что касается этой политики, я думаю, мы были правы. Что касается недоверия к Западу, мы были правы по многим фронтам. Что же касается реализации политики, то речь идет о тактике, о многих вещах, про которые можно сказать, что они были ошибочными. Например, были ли попытки примирения правильными? Я так говорю, потому что в ряде районов те люди, которые были амнистированы, не стали жить по закону. Так что вы можете сказать, что это было неправильным, но на самом деле примирение было очень важным шагом. Я не думаю, что мы были неправы в плане политики. А в сфере реализации везде есть много ошибок, иногда и каждый день.

- Господин президент, наше время заканчивается. Спасибо вам еще раз за откровенное и продолжительное интервью!

- Спасибо! Спасибо, что приехали в Сирию.

- Спасибо вам большое.

 

* Террористическая организация, запрещенная во многих странах мира, в том числе в России и США.

112
Матч по футболу между сборными Грузии и Северной Македонии

Как сыграют сборные Грузии и Беларуси: мнения экспертов о матче Лиги наций

672
(обновлено 14:21 08.10.2020)
Спортивный обозреватель Sputnik Грузия обратился к футбольным экспертам с просьбой поделиться ожиданиями от предстоящей игры

В одном из интервью главный тренер сборной Грузии Владимир Вайсс сказал, что полуфинал Лиги наций УЕФА между сборными Грузии и Беларуси – это "матч века" для всего грузинского народа. С этим сложно не согласиться. Такого шанса квалифицироваться на чемпионат Европы у нашей команды не было и, наверное, еще не скоро появится. Для осуществления мечты нужно сделать "всего" два шага, но они безумно тяжелы.

Сначала в полуфинале нужно обыграть в Тбилиси сборную Беларуси. Если эта миссия окажется по плечу подопечным Вайсса, то в решающем матче нашей команде предстоит встретиться с победителем пары Северная Македония – Косово. Эта игра тоже состоится в столице Грузии, но через месяц.

Вполне естественно, что у каждого болельщика есть свое мнение по поводу предстоящей игры. И оно достойно уважения. Однако, поклонники зачастую, да почти всегда, больше следуют эмоциям. Что, в принципе, понятно. Sputnik Грузия решил пообщаться с футбольными экспертами и узнать их точку зрения на предстоящий матч.

Реваз Дзодзуашвили

ветеран советского и грузинского футбола, бывший главный тренер сборной Грузии

"Для обеих сборных – это очень непростая игра. Победитель сделает еще один шаг по направлению к чемпионату Европы – это огромный стимул. Но, как мне кажется, небольшое преимущество все же на стороне сборной Грузии. Наши футболисты выступают за хорошие клубы и находятся на хорошем счету. Думаю, все свое мастерство они покажут в предстоящей игре. Конечно, такие матчи должны проходить при болельщиках. Но, увы, коронавирус внес свои поправки и в данном случае пустые трибуны будут за сборную Беларуси", - сказал Дзодзуашвили.

Михаил Мархель сравнил сборную Грузии по футболу с командой Албании >>

Также бывший наставник сборной Грузии отметил работу нынешнего главного тренера национальной команды – Владимира Вайсса

"Вайсс работает со сборной Грузии уже почти пять лет. Как мне кажется, он сумел найти правильный подход и привить игрокам атакующий футбол, благодаря которому грузинские футболисты могут показать свои технические навыки. Если и в предстоящей игре он использует данную тактику, у нашей сборной будет больше шансов на успех", – отметил Дзодзуашвили.

Сандро Цнобиладзе

спортивный журналист и футбольный комментатор

"Я считаю сборную Грузии безоговорочным фаворитом предстоящего матча. Было бы хорошо, если бы встреча состоялась в присутствии болельщиков, но, думаю, в данном случае это не играет ключевой роли. Футболисты сборной Грузии индивидуально сильнее, чем белорусы. Они играют в более классных клубах. Да, можно говорить об определенной сыгранности соперника, так как основная часть сборной представлена национальным чемпионатом Беларуси. У нас такого нет. Но это не станет определяющим фактором в матче", – заявил Цнобиладзе.

Как проходит подготовка к матчу и о ходе игры вы можете узнать в онлайн трансляции Sputnik Грузия >>

Он отметил, что сейчас в сборной Грузии собраны такие футболисты, что при необходимости главный тренер Владимир Вайсс может вносить коррективы уже по ходу игры.

"Скажем, Кварацхелия может начать встречу на левом фланге, на котором он играет в "Рубине", но при необходимости Вайсс может перевести его на противоположный край. Именно так и произошло в матче против Эстонии, когда Кварацхелия с правого фланга отдал голевую передачу Качарава. Как будет на этот раз сказать сложно, но вариации возможны".

Слава Гаспаров

спортивный журналист

"Если бы на эту игру были допущены болельщики, я бы не задумываясь сказал, что Грузия фаворит. Потому что как ни крути, но фанаты на трибунах – это 12-й игрок для любой команды. Но сейчас очень непросто спрогнозировать исход встречи. Конечно, мне бы хотелось, чтобы дальше прошла наша команда, но и белорусов такое же желание", – сказал Гаспаров.

Главным плюсом соперников он назвал сыгранность.

"Большинство футболистов представляют национальный чемпионат и игровые связки не нужно нарабатывать. Но преимущество грузинской сборной заключается в том, что игроки нашей команды играют в более сильных клубах и не просто отбывают свой номер на поле", – отметил журналист.

Во всех комментариях прослеживается мысль, что если бы на трибунах присутствовали болельщики, шансы сборной Грузии на победу значительно бы увеличились. Но, к сожалению, пандемия COVID-19 вносит свои коррективы. Да, сборной Грузии предстоит серьезное испытание в непростых условиях, но если они сумеют пройти дальше, победа будет двойной. Потому что наша команда сыграет и за себя и за "того парня" - за своих болельщиков.

672
Теги:
Лига Наций УЕФА, Сборная Грузии по футболу, футбол
Темы:
Грузия – Беларусь — все подробности про матч полуфинала Лиги наций УЕФА
Спецоперация по освобождению заложников в филиале Банка Грузии в Зугдиди

От Зугдиди до Еревана, Баку и Карабаха судьба Грузии связана не только с выборами

0
(обновлено 16:12 27.10.2020)
Колумнист Sputnik Грузия рассказывает, какие темы в основном освещались местными газетами на прошедшей неделе

Чем ближе парламентские выборы, тем выше накал обвинений, которые адресуют друг другу конкурирующие политические силы. Мозаика событий стремительно меняет очертания, и на прошлой неделе прессе с трудом удавалось за ними угнаться

Еженедельным изданиям пришлось сложнее других. Чтобы не упустить своего, они ухватились за тему Давид-Гареджи с проблемой спорных участков грузинско-азербайджанской границы. Тем более, что общественность с недоверием отнеслась к аресту бывших членов демаркационной комиссии Ивери Мелашвили и Натальи Ильичевой. Их сочли стрелочниками. А кое-кто даже поторопился выставить обвиняемых в роли жертвы предвыборных манипуляций власти.

Драки, встречи и коронавирус: предпоследняя неделя перед выборами в Грузии >>

Однако словно в воду глядел премьер Георгий Гахария, предостережение которого процитировала "Квирис палитра" (19-26.10): нас ждут токсичные 2 недели, когда политики готовы идти на все. Так и вышло. Террорист захватил заложников в зугдидском филиале "Банка Грузии", и факт немедленно перекрыл все остальные. Правда, как к нему причастна политика, пока неясно.

Криминал с политической подоплекой

В обмен на освобождение заложников нападавший потребовал 500 тысяч долларов ("Резонанси", 22.10). Устами одного из потерпевших "Ахали таоба" (23.10) подробно описала, что держал он себя уверенно. В газетных репортажах особо подчеркивалось наличие у преступника специальных навыков. Даже в том, как он носил маску, держал в руках автомат и гранату с выдернутой чекой.

Власти и правоохранители исполнили требования террориста. Тот, отпустив почти всех заложников, беспрепятственно покинул на полицейской машине территорию банка. Оставшихся четырех мужчин, включая начальника краевой полиции, он освободил уже в лесу. После чего скрылся в неизвестном направлении ("Резонанси", 22.10).

Руководство страны и ряд экспертов сочли проведенную операцию успешной (23.10). Главная задача заключалась в том, чтобы никто не пострадал, подчеркнул министр внутренних дел Вахтанг Гомелаури, и она была решена. Он добавил, что подобные приоритеты полностью соответствуют международной практике. Следующим этапом стало объявление преступника в розыск. Причем, есть версия, что он действовал не один.

При всем внешне, вроде бы, криминальном характере инцидента, у многих аналитиков зародились подозрения о наличии в нем политической подоплеки. Уже то, что все произошло впритык к выборам, по их мнению, говорит само за себя. Рамаз Сакварелидзе не исключает и других провокаций. Вплоть до попыток повторить события "гавриловской ночи" 20 июня прошлого года, когда властям пришлось прибегнуть к силовым методам ("Резонанси", 23.10).

Показательно, что некоторые оппозиционные партии не преминули истолковать ситуацию в своих интересах. Роман Гоциридзе (23.10) назвал ее серьезным кризисом системы и предрек новые аналогичные случаи. Газета сообщила об инциденте в Кобулети, где на следующий день ограбили инкассатора. Последовали домыслы и гадания. Один из экспертов даже вспомнил о существовании в Чечне Академии спецназа. А де-факто абхазские власти поспешили заверить, что так называемую границу с Грузией нападавший не пересекал.

Покинувшая еще в прошлом году "Грузинскую месту" Эка Беселия заявила, что власть должна понести ответственность. А лидер "Свободной Грузии" Гоги Цулая даже потребовал ее расформировать ("Ахали таоба", 23.10). По утверждению лейбориста Георгия Гугава на примере зугдидского случая хорошо видно, что власть заключила контракт с криминалами (22.10).

Впрочем, не осталась в долгу и власть. Глава парламентского комитета Анри Оханашвили упрекнул оппозицию, что в острый момент она стала проводить политические брифинги на месте происшествия. Оппозиционные телеканалы предоставили террористу эфир, а официозная "Сакартвелос Республика" (22-23.10) не удержалась от прямых намеков в адрес "Нацдвижения". Дескать, заложник, помогавший преступнику озвучивать требования, был лицом, приближенным к Михаилу Саакашвили.

Волна или шторм?

Хуже всего, что в такое время политики начинают поедать друг друга, - справедливо возмутился в "Ахали таоба" (23.10) политолог Торнике Шарашенидзе. Упрек легко можно распространить и на другие аспекты жизни страны. В частности, на то, как непоследовательно ведут себя оппозиционные партии и власть в условиях резко обострившейся пандемии.

"Волна или шторм?" - задает вопрос "Квирис палитра", обыгрывая получившую широкое хождение в мире теорию "второй волны" коронавируса. "Резонанси" чуть ли не ежедневно информирует о новых антирекордах: с 1192 случаев за сутки 19 октября до 1595 в номере от 22-го. Что, тем не менее, не помешало "Нацдвижению" провести массовую акцию в Батуми, на которой совершенно не соблюдались рекомендации медиков.

Иммунолог Бидзина Кулумбегов назвал это огромной безответственностью и потребовал гражданского осуждения ("Квирис палитра"). В свою очередь, некоторые представители общественности требуют разъяснений по поводу отказа властей от строгих ограничительных мер. Весной они были введены в условиях несопоставимо более благоприятных, чем сейчас.

Оппозиция истолковывает это нежеланием переносить выборы, считая, что шансы партии власти с каждым днем уменьшаются. Ее устроит, если из-за опасений заразиться активность избирателей упадет на 10-15%. Это позволит эффективней использовать административный ресурс, полагает политолог Ника Читадзе. Однако его коллега Вахтанг Дзабирадзе не столь категоричен, так как еще не известно, за кого бы отдали голос те, кто не придут ("Резонанси", 21.10)…

Более того, Дзабирадзе уверен, что 1%-ый барьер позволили сильно разрядить политическую остановку. И если отбросить СМИ и политическую рекламу, в принципе, по его мнению, в обществе не ощущается особой напряженности ("Квирис палитра"). Будет ли все-таки объявлен "локдаун"? Не следует ли действительно отложить выборы – спрашивает газета.

Избирательные участки будут оборудованы таким образом, что на них будет намного безопасней, чем во многих торговых центрах, обещает премьер. Вдобавок, в "Мечте" утверждают, что безо всяких соцопросов чувствуют поддержку населения ("Резонанси", 20.10). Весь мир твердо усвоил – маска и социальная дистанция хорошо защищают от коронавируса. Этого достаточно и другие ограничения необязательны, успокаивает людей иммунолог Паата Имнадзе ("Квирис палитра").

Будет ли власть придерживаться этого принципа, покажет время после выборов. Особенно если оппозиция, как она утверждает, не смирится с их результатами ("Резонанси", 23.10).

Грузия в транзите оружия не участвует

Естественно, в поле зрения грузинской прессы остается резкое обострение ситуации в Нагорном Карабахе. Правительство категорически отвергает обвинения Еревана и Баку в том, что наша территория используется с целью транзита вооружений как для одной, так и для другой стороны. "С точки зрения поставок вооружений, Грузия представляет собой страну сотого уровня", - пишет в "Резонанси" (19.10) эксперт по проблемам Кавказа Мамука Арешидзе.

Месяц кровопролития. Удастся ли США закончить войну в Карабахе >>

Возможно, в силу реальной боевой ситуации, в местных газетах, тем не менее, несколько превалируют публикации о военных успехах азербайджанской стороны. "Квирис палитра" на целый разворот публикует интервью с послом Турции Фатьмой Джерен Язган. А сбалансировать его пытается беседой с оппозиционным азербайджанским журналистом Афганом Мухтарлы.

Перемирие в Карабахе срывалось уже дважды. Эксперты, хоть и не очень уверенно, возлагают теперь надежды на визит в Вашингтон министров иностранных дел противоборствующих сторон (22.10). Но, похоже, и американцам вряд ли удастся их уговорить…

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

0
Темы:
Обзор СМИ