Оператор Константин Эсадзе

Оператор Эсадзе: весь Берлин говорил о грузинском кино

917
(обновлено 10:49 20.03.2017)
Грузинский оператор Константин Эсадзе поделился своими впечатлениями о съемках фильма "Красный" режиссера Николая Саркисова, а также рассказал о популярности грузинского кино за рубежом

Грузинский кинематограф вновь в центре внимания. На этот раз — в России, где оператор Константин Эсадзе из Грузии, сын известного грузинского кинорежиссера Резо Эсадзе, был удостоен Приза имени Павла Лебешева гильдии кинооператоров России "За лучшую операторскую работу".  Труд Эсадзе оценили в фильме "Красный" режиссера Николая Саркисова в рамках ХIV Международного фестиваля кинематографических дебютов "Дух огня".

О том, как ему работалось с российскими кинематографистами, что главное в профессии оператора и почему грузинское кино до сих пор в моде, Константин Эсадзе рассказал в эксклюзивном интервью Sputnik Грузия.

- Константин, в первую очередь, поздравляю вас с получением этой награды.

— Спасибо! Я благодарен всем, кто назвал мою работу лучшей, кто состоял в жюри и отметил мой труд. Это большая честь для меня. Спасибо всей группе и всем тем, кто работал рядом со мной.

- Расскажите, как вам работалось со съемочной группой фильма "Красный".

— Прежде всего хочу сказать, что режиссер картины Николай Саркисов – молодой человек, дебютант. Это и объясняет мой интерес к работе, потому что у всех дебютантов какая-то новая идея, новая задумка. Так что в первую очередь, меня это привлекло. Потом сам сценарий: а именно в сценарии они хотели воссоздать эпоху начала прошлого столетия, т.е. костюмы, обстановка, антураж – все это должно было быть из той эпохи (это где-то начало 20-х годов XX века). Так что это еще сильнее сыграло роль в моем интересе к этому фильму. И, третье: это рабочая команда – хорошие художники, известные российские актеры. И самое интересное еще было то, что вот эту эпоху российскую, российского времени надо было воспроизвести в Тбилиси и в близлежащих местах. Так что это давало дополнительный адреналин.

- Насколько я знаю, над фильмом работал российский художник-постановщик Антон Поликарпов. Как, по-вашему, ему удалось воспроизвести эту эпоху в Грузии?

— Знаете, что было самое интересное и, что меня удивило? Поликарпов знал весь Тбилиси и всю окраину лучше меня.

- То есть он был прекрасно подготовлен?

— Да, конечно, он был очень подготовлен. И мне было очень интересно с ним работать. И они создали такую атмосферу, что, наверное, в те времена все так в действительности и было.

- Где проходили съемки?

— Мы снимали на улицах Тбилиси, в Сололаки и в Ваке. За пределами Тбилиси – снимали в Коджори, Батуми, в Качрети, на старой железнодорожной станции. Художники и декораторы даже как-то построили пирс на месте, где его и представить было нельзя, и все этого выглядело очень реально.

- Одним словом, работа с российскими кинематографистами вам понравилась?

— Да, очень понравилась. Если честно, я бы еще пожелал с ними поработать.

- Это первая ваша работа над российским фильмом?

— Да. Я много работал с британцами (Lost in Karastan), иранцами ("Президент"). А вот с российским – этой мой дебют.

Оператор Константин Эсадзе
© Sputnik / Levan Avlabreli
Оператор Константин Эсадзе

- И, надо отметить, очень удачный дебют. Мне интересно, специфика работы с кинематографистами разных стран – она чем-то различается?

— Нет. Потому что везде одинаково необходима четкость на съемочной площадке. И вот эта четкость есть у всех. Все должно быть четко, все должно быть спланировано, ясно передано. В этом смысле все умеют работать. И хвала им, хвала режиссеры за то, что он точно знал, чего он хотел.

- Константин, а вы можете рассказать о себе? Где вы учились операторскому искусству?

— Первая моя специальность – это учитель грузинского языка. Потом я окончил кинооператорский факультет, это была мастерская Левана Георгиевича Пааташвили, очень известного грузинского кинооператора ("Голубые горы, или Неправдоподобная история" Э.Шенгелая, "Путешествие молодого композитора" Г.Шенгелая, "Чужие дети" Т.Абуладзе, "Романс о влюбленных" А.Кончаловского). И еще я закончил Высшие режиссерские курсы в мастерской моего отца – Резо Эсадзе.

- Можете вспомнить свой первый фильм?

— Первый фильм я снял вместе с азербайджанским режиссером Ильгаром Сафатом. Мы снимали с ним в Баку фильм "Участок". Это было в 2008 году. А до этого я с 2003 года работал оператором на телекомпании "Имеди".

- Расскажите о студии Caucasian Film Service, сооснователем которой вы являетесь.

— Caucasian Film Service – это одна из самых крупных рентальных компаний Грузии и во всем Закавказье. И все важные проекты этого региона проходят через нашу компанию. У нас есть партнеры в Англии. И все фильмы, снятые местными и зарубежными кинематографистами в сотрудничестве с этой компанией, являются участниками и призерами различных международных фестивалей мира. На базе Caucasian Film Service мы снимаем и рекламу, документальные и анимационные картины. Сама эта студия была основана Арчилом Геловани и Леваном Коринтели в 2008 году. А в 2011 году мы с моими друзьями Владимиром Качарава и Мамукой Чихрадзе ее выкупили и начали свое дело. У нас, кстати, есть большая реквизитная и костюмерная. И мы пытаемся создать полноценную систему, для того, чтобы снимающий кино человек обратится бы к нам, и у него все было под рукой.

- Константин, вы также активно снимаете рекламу. Чем она вас привлекает?

— Реклама, конечно, – не фильм. Во-первых, ее нужно снять за день и вложить в нее все свои знания и всю самоорганизованность. Во-вторых, это доход, который не мешает. А, в-третьих, это общение с людьми – разными режиссерами, художниками и т. д.

- Ваша последняя работа – это картина вашего отца "Один месяц, как день". В прошлом году фильм назвали лучшим на Тбилисском международном кинофестивале. Как вам работалось со своим отцом?

— Я могу сказать так: мне скоро исполнится 45 лет, и до сих пор я думал, что хорошо знаю своего отца. Но это оказалось не так. Потому что при работе над этим фильмом он был совсем другим человеком. Он просто долго не снимал до этого, около восемнадцати лет. В его последнем фильме "Крыша или Незаконченный материал фильма", которая снималась около десяти лет, я тогда работал ассистентом оператора и не обращал внимания на какие-то детали. Уже после я и продюсировал, и сам снимал. А эта картина "Месяц как день" — этой был фейерверк. И говорю я это не потому, что ее снял мой отец. Это подтверждала вся группа.

- Говорили, что к этому фильму ваш отец шел всю свою творческую жизнь.

— Он мне лично сказал, что предыдущие его картины ничего не значат по сравнению с этим фильмом. Эта картина, которую он очень долго хотел снять. И это счастье, что я, мои друзья, моя студия и коллеги оказались очевидцами этих тридцати незабываемых съемочных дней. Все плакали, потому что не хотели заканчивать работу. Это реально был очень хороший период, во время которого мы наблюдали за настоящим творцом.

- Работу над каким фильмом вы планируете в ближайшем будущем?

— Сейчас мы ведем подготовку к съемкам в августе-сентября фильма с рабочим названием "Шиндиси" о ребятах, которые пали при боях августовского конфликта 2008 года. Хочу отметить, что это художественный фильм, без всякой пропаганды и политики. Это антивоенная картина о крестьянине, который оказался в эпицентре огня. Режиссер фильма – Дито Цинцадзе. Он сейчас здесь снимает одну свою картину, после чего начнутся подготовительные работы.

- Константин, а что на ваш взгляд главное в работе хорошего оператора?

— Я думаю, тут самое главное понять режиссера и помочь его задумке, помочь ему сделать то, что он хочет. И работать принципом команды, извините за слово, не выпендриваться, знать четко свою задачу и видеть цель.

- Но разве оператор, будучи творческим человеком, не может привнести в фильм что-то свое или необходимо просто четко следовать инструкциям режиссера?

— Конечно, ведь это процесс. К примеру, режиссеру фильма "Красный" Нику Саркисову я много чего предлагал. Мы вместе проходили каждый кадр, каждую сцену и движение. Там уйма деталей, которые предложили я или художник. То есть это нормальный процесс согласования. Это не так, что есть режиссер, и он – диктатор в фильме. Это командная работа, где у всех своя задача и все знают свои цели. Но все происходит согласованно. По-другому никак. И, кстати, это хорошее качество режиссера, когда он тебя услышит и что-то подправит в фильме. Это очень приятно и дает такой хороший толчок — что ты хорошо работаешь и, что к твоему мнению прислушивается режиссер.

- Константин, издавна всех привлекал грузинский кинематограф. И сейчас многие говорят о новой волне современного грузинского кино. Ваше мнение: как сейчас смотрит киномир на то, что снимается в современной Грузии?

— Возьмем последний Берлинале, где грузинское кино было представлено пятью разными картинами в разных конкурсных программах. Это не спроста. Значит, люди интересуются тем, что снимают грузинские режиссеры. Это честь для любой страны, чтобы пять картин попало на такой авторитетный фестиваль. Куда еще больше?! Хотя рост грузинских кинематографистов будет еще более внушительным и заметным, если мы решим финансовые проблемы, которые перед нами стоят. У нас идет отличная молодежь, отличные умы и идеи, у нас на глазах растут профессионалы. И им надо показать себя, для чего они нуждаются во внимании и финансировании. А культура и кинематограф – это лучше всякой рекламы. Как сейчас, например, весь Берлин только и говорил, что о грузинском кино. А это ведь не мало.

917
Теги:
Фильм "Красный", Международный фестиваль кинематографических дебютов "Дух огня", Николай Саркисов, Резо Эсадзе, Константин Эсадзе
Загрузка...

Орбита Sputnik