Последний этаж был надстроен в советское время

История тбилисского дома, в котором пытали, а потом лечили

4522
(обновлено 13:23 06.11.2020)
Есть здания, в которых сердце и душа сжимается, ощущаешь нехватку воздуха и свободы. Об одном таком сооружении с жутким прошлом в рамках "Прогулки по Тифлису" рассказывает колумнист Sputnik Грузия

Я в тюрьму попадала два раза за всю жизнь. Первый раз - в далеком детстве. Мне лет этак пять или шесть было. У нас в итальянском дворе, через стенку жила многодетная семья: две сестры и два брата. Братья были хулиганистые. И один из них попал за решетку. Не помню точно, старший или младший. Как не помню и того, почему меня вообще взяли с собой на это свидание. Мы долго сидели в каком-то вестибюле, пока, наконец, соседей допустили до встречи с парнем. Помню долгое и напряженное ожидание взрослых. Тревогу и смятение на лицах.

Второй раз мне довелось побывать за решеткой в качестве телевизионного журналиста. Я оказалась в числе тех журналистов в 2012-м, которых допустили в массовом порядке до мест заключения. Вначале были кадры с насилием заключенных, а потом был официальный допуск представителей медиа до мест заключения. Это была своего рода контракция со стороны пока еще действующей власти, возможность собственнолично, непосредственно от заключенных узнать, так ли им худо живется и терпят ли они издевательства от надзирателей на самом деле. Расчет оказался верным. Стали бы заключенные болтать на камеру, даже после скандальных кадров с вениками, о происходящем в грузинских тюрьмах? Правильно, не стали бы.

В Глданской тюрьме несколько корпусов. Нас подводили к камерам, открывали дверные форточки, в которые высовывались лица заключенных. Мы выслушивали их, не вынося оттуда ни подтверждений, ни опровержений драматическим событиям.

История тбилисского дома, который стоит миллион долларов >>>

У одного из окон директор тюрьмы чуть слышно обронил, не просовывайте голову внутрь, у заключенных этой камеры туберкулез. У некоторых камер журналисты останавливались только для того, чтобы заглянуть в круглый глазок камеры. Скверное зрелище, унизительное. Это как смотреть в микроскоп на букашку. Неприятные воспоминания, одним словом. Но запоминающиеся. Из тех, что сопровождают тебя до конца жизни.

Дежурные по дому на вахте

Дом, что повис на возвышении, в прошлом тоже тюрьма. Я подбиралась к нему долго. Просто место неудобное, и без машины тут никак не обойтись. Самый впечатляющий в нем - фасад. Он своим суровым видом напоминает крепость и смотрит прямо на Куру.

Подобраться к дому можно только обогнув его
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Подобраться к дому можно только обогнув его

Но подступиться к нему с набережной невозможно. Только и проехав некоторое расстояние, оставив его позади и завернув направо, можно найти его по адресу: улица Броссе, 12.

Тбилисский сленг, или Авое - лайфхак для настоящего тбилисца >>>

Во дворе дома, который я насилу отыскала, сидит за столом компания из четырех человек. Мужчины режутся в домино. Тот, который поближе, отрывается от смешивания камней домино.

Такая вот картинка во дворе этого дома
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Такая вот картинка во дворе этого дома

- Знаю, что здесь была больница. Но уже несколько лет живут люди. То были беженцы, но потом они получили квартиры и съехали, сегодня тут другой контингент, - говорит он. Тут к разговору подключается длиннолицый мужчина. Он сидит по другую сторону стола.

История дома №16 на Мачабели, или О тифлисской династии Алихановых из первых уст >>>

- Еще в начале прошлого века тут располагался штаб жандармерии. Видите, низкое здание кирпичное – это бывшие конюшни. По-нашему, отделение милиции или полиции. Потом, после прихода советской власти, тут открыли женскую колонию. А позже половину здания дали диспансеру, - говорит он.

Так выглядит дом с Набережной
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Так выглядит дом с Набережной

- Не слушайте его, он армянские байки рассказывает, - вклинивается первый собеседник. И за столом после его слов поднимается дружный хохот.

- Я это точно знаю, а ты как хочешь, так и думай, - отвечает рассказчик. Там клетки-камеры в подвале были, где содержали заключенных, - уточняет мужчина.

- Серож, вот честно скажи, о каких клетках ты говоришь, когда ни на одном окне нет решеток? Ни внизу, ни наверху.

По другую сторону здания жилой дом, по утверждениям жителей бывшая конюшня
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
По другую сторону здания жилой дом, по утверждениям жителей, бывшая конюшня

- Слушай, - спорит с ним Серож, - маленькие камеры, я знаю, что говорю. То, что в здании была тюрьма, я знаю это точно. Лаборатория медицинская была тоже. И сейчас там люди живут, но не беженцы, а скорее социально необеспеченные.

- Если ты хороший человек, лучше скажи, почему у тебя лицо в таком состоянии, - шутит сосед. Присматриваясь, вижу, что у Сергея в самом деле поцарапана щека.

- С велосипеда упал. Слушай, даже не понял, как это вышло.

- Какой к черту велосипед!? Тебе сколько лет?

С внутренней стороны дом сильно отличается от переднего вида
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
С внутренней стороны дом сильно отличается от переднего вида

- Я  знаю, сколько мне лет, - отвечает Сергей. – Решил ноги размять, потому что мне много лет. Сел, поехал и грохнулся, - извиняющимся тоном говорит мне Сергей.

- Ну, дежурный по двору, играть будем? – спрашивает Сергея сосед. Он трет ободранную руку, дотрагивается до щеки и покряхтев, возвращается к игре.

Темные прошлое и штрихи из биографии

Ну что, попробуем исследовать изнанку, говорю я себе и направляюсь внутрь дома. Произведем, так сказать, анатомическую ревизию бывшей жандармерии, женской тюрьмы и впоследствии туберкулезного диспансера.

Тут, судя по всему была регистратура
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Тут, судя по всему была регистратура

То есть домик, так сказать, с символическим содержанием. Вначале людей пытали, а потом лечили. Ну как пытали? Лишали неволи на какое-то время. А это, наверное, самое страшное наказание, которое человек может получить. А потом дому поменяли функции, разместив в нем лечебницу.

Дома-призраки Тбилиси: истории и тайны пропавших зданий грузинской столицы >>>

Сказать по правде, примечательного в подъезде мало. В нем две входные двери и два этажа, не считая еще одного, что под землей. Справа от входа два маленьких окна, что-то наподобие регистратуры в старых поликлиниках. Идем дальше.

С тех времен, когда тут было медицинское учреждение
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
С тех времен, когда тут было медицинское учреждение

Общая дверь, тяну ее на себя и оказываюсь в темном общем коридоре. Он завален старыми, ненужными вещами, давно вышедшим в тираж шкафом и всяким хламом. На стенах записи служебного характера. Таблички, доставшиеся дому от его недавнего штриха в биографии.

Это невероятно: какие здания Тбилиси мы никогда больше не увидим >>>

Прохожу по коридору до самого конца и стучусь в старую, деревянную дверь. За ей кто-то отзывается, но открывать не спешит. Я повторяю попытку и дверь со скрипом отпирается. На пороге возникает невысокая, щуплая фигура мужчины. Он приглашает внутрь.

Гардероб, встретивший меня в коридоре
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Гардероб, встретивший меня в коридоре

Комната, в которой я оказываюсь, маленькая и забитая мебелью. Усаживаюсь на стул, который хозяин любезно предлагает, и замечаю, что постучись сейчас кто-то в дверь, мне придется встать, чтобы впустить посетителя, так мало тут места.

Тайна улыбки вильнюсского ангела: как в столице Грузии поселился белый херувим? >>>

Самвел, так зовут моего героя, живет в этом доме уже восемь лет. С тех самых пор, как остался без жилья. Говорит, что в этом доме его приютил главврач диспансера.

Такие вот странные окна
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Такие вот странные окна

- Я не платил за это жилье ни копейки. Остался на улице. И мне помог с этой площадью мой друг врач. Тут сейчас в основном остались те, кому идти просто некуда. Семей пять, наверное. Плачу за свет, воду и живу. Дети взрослые уже, внуки. Но все живут отдельно.

О доме братьев Миловых, основном инстинкте и вере в судьбу >>>

Говорит о том, что уже в принципе известно - о тюрьме. И о том, что добраться в камеры будет невозможно. Вход в камеры закрыт, туда никак не проберешься. Я с ним прощаюсь и иду дальше. Захожу во второй подъезд дома. И вот тут нахожу спуск в эти самые камеры. Отделяет меня от них один лестничный пролет. Однако спуск в них забаррикадирован. Опять барабаню в дверь. Выходит мужчина, выслушав мою просьбу, берется провести меня вниз и говорит: "Только там стена, а доступна всего она комната".

Так выглядит коридор дома
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Так выглядит коридор дома

Мы спускаемся и в самом деле упираемся в стену. То есть, вход в камеры просто заделан кирпичной стеной. Дальше хода нет. Мужчина приглашает в единственную камеру, говорит, что ее он использует в качестве подвала. Потом, откланявшись, поднимается к себе домой, а я остаюсь в этом крохотном подвале.

Пунктиром по левобережью, или Легенды строений на улице Узнадзе >>>

Женская тюрьма, камера заключения… И тут мне вспоминается рассказ одного приятеля, который как-то вспоминал эпизод из собственной жизни.

В подвале доступна только одна комната
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
В подвале доступна только одна комната

"Я просидел в карцере дней десять. Это было в ноябре. Погода стояла сырая и холодная. Срок я отбывал на Урале. Там в это время года уже лютый мороз. На мне сорочка, брюки и башмаки на ногах, вот и вся экипировка. В первую ночь я еще кое-как выдержал. Забился в угол и так и уснул. Но наутро понял, долго не выдержу. Нужно что-то придумать.

Нам приносили прессу. И я решил обмотаться газетами, чтобы спастись от холода. Пообещал охраннику, что выйду и отблагодарю, только бы он понатаскал мне побольше газет. И он принес мне их целую стопку. Я разделся и начал ими обертываться. Обернулся в несколько слоев и потом одел на себя свои пожитки. Стал ждать, что мне полегчает. Но теплее все никак не становилось. Странно. Я-то думал, газеты помогут.

Карцер маленький, по размерам - собачья конура. В ней же в углу туалет. Причем, туалетом называлось отверстие в полу и до него еще по кирпичам добраться нужно. Кормили нас баландой, какую собаки у хорошего хозяина не едят. Вначале и холодно, и голодно, и больно, а потом привыкаешь. Помню заснул, коченея от холода, а проснулся и не чувствую конечностей. Ничего, выжил".

Внутренняя сторона дома, в отличие от фасада не выглядит сурово
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Внутренняя сторона дома, в отличие от фасада, не выглядит сурово

Как ни старалась я представить, каково пережить такие ужасы, но у меня ничего не получалось. Воображение отказывалось работать. Слишком невероятно было представлять себя на месте арестантки. Хотя, как говорится, от тюрьмы и сумы не зарекайся.

Караванами, пароходами и на двух своих, или Признание в любви родному городу >>>

Выхожу из дома, бросая последний взгляд на него, на низкие помещения - в прошлом конюшни, и компанию мужчин, шумно играющих в домино. Удивительное дело, но по мере удаления от дома, я расправляю плечи и мне становится намного легче.

4522
Теги:
Тбилиси
Темы:
Прогулки по Тифлису (153)

И одела осень двор в рыжий наряд

Дом, проигранный в преферанс, и сон в осенний вечер

247
(обновлено 11:45 27.11.2020)
Тбилисские старинные дома и их хозяева – из прошлого и настоящего. В рамках проекта "Прогулки по Тифлису" колумнист Sputnik рассказывает о судьбе еще одного настоящего шедевра архитектуры

У меня есть поэт, чьи стихи я люблю с детства. Мне их читала бабушка, а потом я читала их своим детям. Ну а они, надеюсь, будут читать его литературу уже своим детям. Имя его Самуил Яковлевич Маршак. Среди множества замечательных произведений у него есть детское стихотворение, которое называется "Дом, который построил Джек".

Так выглядит этот дом снаружи
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Так выглядит этот дом снаружи

Так вот, попав в этот мтацминдский дом и познакомившись с владельцем второго этажа, я поняла, что это и есть тот самый Джек. Только в нашем случае его зовут Тариэл. И не построил, а отреставрировал. И не весь дом, а балкон и лестницу с парадной. Но давайте все же по порядку.

Библиотека в парадной, которую отремонтировал Тариэл

Итак, погода за окном стояла ясная и погожая. Одна из тех, что выпадает пред уходом солнца в зимнюю спячку. Когда ты понимаешь, что заигрывая с тобой своими лучами, оно прощается. Поэтому, вооружившись фотокамерой, мы с подругой отправились бродить по тбилисским улочкам.

Ходили мы долго, заглядывая во дворы и делая колоритные снимки. Пока не забрели в Мтацминдский переулок. От него до фуникулера рукой подать, кажется, вытяни ладонь и дотянешься до телевизионной вышки.

Дверь дома в обычном порядке бывает закрыта
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Дверь дома в обычном порядке бывает закрыта

Есть в этом переулке пара чудесных домов. Очень захотелось попасть в один из них, но входная дверь оказалась закрытой. По опыту я знаю, что в таких случаях нужно зайти во двор и попросить код замка у жителей.

Дом с берлинской стеной и ангелом на дверях >>>

Двор небольшой, но с таким великолепным дополнением – конюшней, что мы на минуту даже забываем, а зачем собственно заглянули в него. Конечно, за время моих прогулок по Тифлису я не раз встречала строения, в которых в прошлом располагалось жилье для братьев наших меньших. Но ни разу, ни в одном тбилисском дворе не находила такой роскошной и внушительной конюшни.

Такой роскошной конюшни я еще не видывала
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Такой роскошной конюшни я еще не видывала

И тут на резном, колоритном балконе показался молодой человек. "Я сейчас спущусь и отопру вам дверь в парадную", – ответил он и скрылся в комнатах.

Имя владельца этого особняка совершенно точно не забудешь
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Имя владельца этого особняка совершенно точно не забудешь

Пока мы топтались у входной двери в ожидании молодого мужчины, успели рассмотреть надпись на пороге с указанием первого владельца дома Давида Бараташвили. Позже, вернувшись с прогулки, я нашла информацию о нем. Оказалось, именно благодаря инициативе Давида Бараташвили, погибшего в Азербайджане известного поэта Николоза Бараташвили перезахоронили в Дидубийском пантеоне.

Ну что тут приходит на ум ассоциативно? Музыка Шнитке приходит
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Ну что тут приходит на ум ассоциативно? Музыка Шнитке приходит

Известно также и о том, что Давид Бараташвили активно поддерживал грузинское общество по распространению грамотности. Между тем, замочная скважина хрипло лязгнула и впустила нас внутрь. Там нас уже встретил Тариэл Чичуа.

Признайтесь, доводилось ли вам бывать в парадных, которые были в то же время и библиотеками
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Признайтесь, доводилось ли вам бывать в парадных, которые были в то же время и библиотеками

Делаем пару шагов по мраморным лестницам и оказываемся опять перед дверью, ведущей непосредственно в парадную. Деревянная дверь повторяет полностью форму первой, входной двери. Но является не оригиналом, а копией. Тариэл рассказывает, что эту дверь их семья решила поставить во время масштабной реставрации.

Первые двери - оригинальные, старинные, а вот вторые уже новодел, но повторяющий один в один родные
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Первые двери - оригинальные, старинные, а вот вторые уже новодел, но повторяющий один в один родные

Наконец, попадаем в парадную и хором охаем. Потому что, переступая порог тбилисской парадной, ожидаешь увидеть все, что угодно, только не библиотеку в княжеских покоях. Книжные полки нашли приют под лестницей парадной. Стекла в них начищены до блеска. Литература на разных языках. На самой верхней полке, в качестве декора огромная морская раковина.

Такие вот чудеса в парадной
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Такие вот чудеса в парадной

"Когда так много позади

Всего, в особенности – горя,

Поддержки чьей-нибудь не жди,

Сядь в поезд, высадись у моря…"

Захотелось остаться тут жить
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Захотелось остаться тут жить

Для завершения интеллектуальной ауры тут не хватает кресла-качалки. Книжные полки вынесли в парадную, когда делали в квартире ремонт, объясняет Тариэл. А потом решили их оставить тут, уж больно органично они вписались в интерьер.

Прозрачный потолок и росписи дома, в котором живет Тариэл

У вас бывало состояние, когда от обстановки, в которую ты попал, у тебя вырастают крылья? Нет, речь не о любви, когда летать охота. Хотя, возможно, и о ней также. Потому что только вдохнув ее в каждый камушек, можно оживить пространств.

Кружево дворовой ограды
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Кружево дворовой ограды

Речь о количестве воздуха и легкости бытия в этих коридорах. Так и кажется, что взмахнешь рукой и полетишь в небо, от которого тебя отделает стеклянный потолок. Достигается такое ощущение за счет светлого рисунка на стенах парадной и огромного количества света, проникающего через проем в потолке.

История тбилисского дома, в котором пытали, а потом лечили >>>

- Раньше он был гораздо ниже и стекла в нем были витражными, – объясняет Тариэл. – Со временем одни стекла потемнели, другие – поломались, третьи – пропали. И когда мы 12 лет назад занялись реставрацией, то решили поднять его еще выше и заменить его обыкновенными стеклами. И по итогам стало вот так светло.

Тариэл Чичуа - собственной персоной
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Тариэл Чичуа - собственной персоной

Впрочем, реставрация коснулась тогда не только потолка и стен парадной. Обновили лестничные ограждения, балкон во дворе и лестницу, ведущую со двора на балкон. Ну и наконец, самое главное, дом опоясали траншеи, потому что в семье решили укрепить и фундамент.

Сага о доме с фонарем и видом на Куру, и немного философии по-тбилисски >>>

Семье Тариэла принадлежит почти весь второй этаж. "Не сразу, но нам удалось выкупить его у жильцов. На текущий момент в доме живет до пяти семей", – рассказывает мужчина.

Так много легкости и света, что кажется сейчас взлетишь
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Так много легкости и света, что кажется сейчас взлетишь

До пяти семей живет, а реставрацию проводила всего одна из них. Все серьезные работы по укреплению дома и его восстановлению легли на плечи семьи Тариэла. Но тут, как говорится, без претензий. Есть деньги – делай, нет – живи в обшарпанном доме, ничего тут не попишешь.

В домах живут люди с самыми разными финансовыми доходами и зачастую у многих из них не хватает средств даже на ремонт в собственной квартире, не то что скидываться на восстановление дома. Поэтому для некоторых жителей приход инвестора и строительство высоток – воплощение мечты.

К слову, недалеко от княжеского дома стоит многоэтажный корпус. Уродливый и не вписывающийся в архитектурный контекст, но тем не менее мозолящий глаз. На месте старого особняка тоже мог появиться бетонный монстр. Но семья Тариэла отстояла право на жизнь. И старец, пережив кризис, продолжил жить.

История про преферанс и камины дома, в котором живет Тариэл

"Нам повезло, у нас оказались средства, и мы смогли отремонтировать наш дом, – признается мой собеседник. – Но не все это могут себе позволить. Нам нужно перенять европейский опыт, где люди, которые не в состоянии заботиться о таких домах, должны продать тем, кто сможет содержать их в нормальном состоянии. А те, в свою очередь, уже обязаны по закону содержать в нормальном состоянии. Город не должен терять архитектурный памятник, из-за того, что ты не можешь его содержать.

И балкон, и лестница отрестарированы семьей Тариэла Чичуа
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
И балкон, и лестница отрестарированы семьей Тариэла Чичуа

Наша беседа с Тариэлом, помимо всего прочего, содержала и ликбез. Например, он нас просветил относительно особенностей реставрационных работ. Он и сам мало разбирался во всем этом до тех пор, пока не решил заняться восстановлением старинного дома. И узнал, что старые квадратные кирпичи имели состав более органичный, нежели сегодняшние.

Самый ухоженный мтацминдский дом
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Самый ухоженный мтацминдский дом

Старый кирпич, как бы сказать, дышал. И в строительстве использовался в кладке этот кирпич с укрепляющей смесью, отличающейся от цемента. Использовать старый кирпич в сочетании с цементом в строительстве ни в коем случае нельзя, потому что цемент блокирует свойство старого кирпича дышать.

- Перешли бы куда-нибудь в другое место жить?

- Кто мне подарит проживание в таком дом? Нужно просто понимать, что тебе повезло. Помимо ценной архитектуры, у дома есть своя история, которая неразрывно переплетается с историей моей семьи, и это для меня очень ценно. По семейному преданию дом достался нам занятным образом. Сын Давида Бараташвили был большим игроком и проиграл этот дом в партии в преферанс. Тот, кому он проиграл, в домах не нуждался и выставил дом на аукцион, а отец моего деда его купил. Вот такая вот история, – улыбается Тариэл.

Не забудьте про льва, который наблюдает за вами сверху
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Не забудьте про льва, который наблюдает за вами сверху

- А старинные камины, есть ли они в вашем доме?

-Да, – многозначительно улыбается Тариэл, – и очень красивые. Только вам придется одеть маски, – предупреждает он. И как атаман, ведет нас за собой к сокровищам князей.

Высокая дверь открывается, и мы оказываемся на пороге большой и просторной комнаты. Справа от меня у стены находится красивая печь с начищенным до блеска кафелем. В середине комнаты – стол, из старинных, за которым наверняка еще благородные предки сиживали. И сейчас сидят двое мужчин и одна женщина. Они, как по команде, оборачиваются и смотрят вопросительно на Тариэла. Он в двух словах объясняет домашним о цели высадки нашего хилого десанта.

Так хищник выглядит вблизи
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Так хищник выглядит вблизи

- Ваш интерес, конечно, понятен и похвален, – начинает мужчина. – Но за окном свирепствует корона, и мы пытаемся ограничить наше общение с внешним миром, – чувствуется, что человек, говоря все это нам, чувствует некий дискомфорт. – Вы нас правильно поймите, мы даже с родственниками не выходим на контакт. Вот закончится пандемия, тогда, пожалуйста, приходите, снимайте. А сейчас, увы, вынуждены в целях безопасности, вам отказать.

Так не солоно хлебавши мы покидаем княжеские покои. Выходим из дома на улицу, а оттуда направляемся во двор к конюшне. Слышен цокот копыт. По корявой мтацминдской мостовой устало тащится фаэтон.

Останавливается у парадной. Князь прыгает с подножки фаэтона, и через пару минут авто закатывается во двор. Наступает тишина, прерываемая разве что фырканьем лошадей и ржавым скрипом ворот конюшни.

Теперь это внушительное здание используются в качестве подсобного помещения. И несмотря на то, что является так же, как и дом, объектом культурного наследия, претерпевает тяжелые времена. Впрочем, судя по всему ненадолго, потому что у дома есть такие чудесные жители. Те, кто потихоньку, но планомерно строит, укрепляет, ремонтирует. Как рассказывает Тариэл, они обращались не раз в мэрию, а потом решили также, как и дом, восстанавливать своими усилиями.

- В следующий раз я обещаю более полную экскурсию и конюшня, я надеюсь, будет к тому времени готова.

На старый город опускается вечер
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
На старый город опускается вечер

Мы еще долго говорили с нашим симпатичным визави. При этом, заметив нашу искреннюю заинтересованность, ему хотелось рассказать нам как можно больше. И создавалось впечатление, что у этого человека нет других забот, как уважить вас и проявить участие. Расставаться нам не хотелось вообще, и мы договорились встретиться еще. Он сел в машину и выехал со двора. А мы еще остались в нем стоять некоторое время.

Осень укутывала двор в рыжее покрывало. Временами налетал легкий ветер, шурша листвой и напевая колыбельную.

247
Темы:
Прогулки по Тифлису (153)
Захват заложников в микрофинансовой организации на проспекте Церетели 20 ноября 2020 года

Свободу захватчику-романтику, или Неужели мы становимся сторонниками терроризма?!

241
(обновлено 13:10 27.11.2020)
О чем задумалось общество после поступка печально прославившегося захватчика заложников на проспекте Церетели в Тбилиси, и почему оно против того, чтобы его судили, рассказывает колумнист Sputnik Грузия

Никогда не устану повторять, что самое главное богатство Грузии – ее люди. Любвеобильные, щедрые и способные на бескорыстные поступки. И не страшны им сухие законы прагматичного XXI века, ни коронавирус, запрещающий целовать и обнимать своих ближних, ни пандемия со своими ограничениями передвижений.

Недавний случай с грузинским Робин Гудом тому лишнее доказательство. История прогремела на весь мир. Но для тех, кто каким-нибудь образом не в курсе, ее стоит проанализировать еще раз.

Итак, суть происшествия: 20 ноября сего года Леван Зурабашвили днем ворвался в офис микрофинансовой организации и захватил в заложники 19 человек. В руках у него была граната, которая могла вот-вот взорваться.

Что пережили люди, попавшие под раздачу, и члены их семей – можно легко представить. Проспект был тут же оцеплен полицией, желтые ленточки натянули по периметру и начата спецоперация. Еще хорошо, что была организована прямая трансляция с места событий и народ слегка успокоился.

Террорист вполне себе настроен позитивно, никому на психику не давил и бомбочкой своей бессознательные движения не делал. Сами заложники свободно перемещались по захваченному помещению и не проявляли ни малейшего нервирования по поводу ограничения своей свободы.

С Леваном вели очень даже культурный разговор и все происходящее напоминало милую тусовку близких друзей. Затем дело дошло до кульминации. Леван озвучил требования в прямом эфире: запретить азартные игры в Грузии, заставить банки снизить проценты по кредитам до семи годовых. Заложники одобрили услышанное предложение.

"Семь процентов тоже много!" – сказал один из них. "Аба, брат, три процента ты сам проси!" – обиделся террорист-альтруист и перешел к третьему пункту. А именно: "Пенсия у стариков маленькая и потому – снизить цены на лекарства!" Чем опять вызвал восторг как присутствующих заложников, так и тысяч телезрителей.

Болельщики у телевизоров к этому времени уже разделились на два лагеря: первые требовали посадить террориста в парламент на бессменно почетное место, потому что он – человек дела и реально печется о народном благе; другие требовали все же наказать альтруиста, но как-то условно и необременительно. Не в тюрьму же сажать Божьего человека. Потому что в Грузии альтруистов много, если каждый надумает заложников брать и от правительства что-то требовать, так это никакой полиции не напасешься.

После четырех часов переговоров преступник отпустил заложников и предал себя в руки родной полиции. Тут-то и выяснилось, что у террориста-альтруиста оружия не было, а граната для устрашения – это просто зажигалка.

Социальная страничка Левана Зурабашвили
Социальная страничка Левана Зурабашвили

Судя по множащимся комментам в соцсетях, Леван Зурабашвили мгновенно стал национальным героем. Его биография подверглась пристальному изучению сотен тысяч восхищенных соотечественников.

Вкратце она выглядела так: Левану 31 год, родился и учился в Боржоми, разведен, живет в Тбилиси с мамой-учительницей, воспитывает по мере сил ребенка. В долгах, как в шелках.

Именно это толкнуло его взяться за зажигалку нестандартной конструкции и брать заложников. Его мама Ламара Терелидзе чуть позже выступила с публичными извинениями к бывшим заложникам и членам их семей.

"Я никак не оправдываю его поступок. Как это он ворвался в госучреждение и напугал людей. Мне очень стыдно перед этими людьми. Мне нужны лекарства, вы знаете, как выросли цены на лекарства. Он нервничает – у тебя больше никого нет и если с тобой что-то случится, что мне делать?.."

И уточнила, что последние три месяца были крайне тяжелыми, так как все деньги уходили на выплату банковского кредита. Именно это и послужило детонатором для ее единственного сына.

"Бедный парень" вздохнули многие и сразу стали писать в сетях одно и тоже.

- Чем помочь этой женщине? Кто знает номер ее счета?

Эксперт по вопросам Конституции Вахушти Менабде выступил с инициативой собрать средства для матери Левана Зурабашвили. И люди, измученные многомесячной борьбой с коронавирусом, стали жертвовать, кто что может. Ведь дело не в сумме, а в массовом желании, которое было налицо.

"Если за помощь ребенку и пожилому нас назовут сторонниками терроризма – да будет так", – написал Менабде в конце своего обращения.

Так что теперь все мы можем так себя и позиционировать – "сторонники терроризма-альтруизма".

Прокуратура Грузии предъявила Левану Зурабашвили официальное обвинение по статье 144 УК Грузии – "захват двух или более лиц в заложники", по которому ему грозит от 9 до 14 лет тюрьмы.

Подсудимый признал свою вину и сказал, что его можно посадить и на двадцать лет, лишь бы из его действий была бы польза обществу – полный запрет на азартные игры, которые похитили у него столько самых лучших лет. Перед пострадавшими он уже не раз извинился, чем и вызвал у общества, судя по комментариям, большую симпатию, и снял все претензии. Кто из нас не без греха.

Я считаю, у парня золотое сердце и ему не место в тюрьме. Мама-учительница вырастила неравнодушного человека с далеко идущим патриотизмом. Потому надо дать человеку шанс, чтобы начать жизнь с чистого листа. У Грузии нет лишних сыновей, чтобы их годы напрасно проходили в камере, пусть даже достаточно комфортабельной.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

241
Вид на город Тбилиси в пасмурную погоду. Набережная Куры, Метехская церковь и памятник Вахтангу Горгасали

Какой сегодня церковный праздник: 28 ноября 2020

0
(обновлено 21:50 27.11.2020)
По православному церковному календарю 28 ноября 2020 отмечают день памяти Святых Гурия, Самона, Авива, Елпидия, Маркелла, Евстохия, Паисия и других

Sputnik Грузия рассказывает кем были эти Святые, и почему они упоминаются в церковном календаре.

Гурий, Самон и Авив

По церковному календарю 28 ноября поминают мучеников Гурия, Самона и Авива, пострадавших за веру во время правления Диоклетиана (284-305) и Максимиана (305-311).

Во время преследования христиан в городе Едессе схватили двух друзей-проповедников Гурия и Самона. За отказ поклониться языческим идолам, исповедников подвергли жестоким пыткам, а затем обезглавили.

Через много лет, когда преследовали христиан при последнем императоре-язычнике Ликинии (311-324), Авив – диакон Едесской церкви сам пришел к палачам и открыто исповедал христианскую веру.

Мученика приговорили к сожжению, и когда огонь погас, тело Святого Авива родственники обрели неповрежденным. Произошло это в 322 году. Его похоронили рядом со Святыми Гурием и Самоном.

Елпидий, Маркелл и Евстохий

По церковному календарю 28 ноября поминают мучеников Елпидия, Маркелла и Евстохия, пострадавших за веру при Юлиане Отступнике (361-363).

При императорском дворе Святой Елпидий был важным сановником. Его как христианина предали царскому суду вместе со Святыми Маркеллом и Евстохием. Мучеников после жестоких пыток бросили в огонь, где они и скончались.

На месте, где похоронили останки мучеников, было чудесное явление Господа с сонмом Ангелов, Который воскресил Елпидия. Император, не поверив в чудо, вновь приказал пытать мученика, во время которых, по молитве Святого, в прах рассыпались языческие идолы, стоявшие неподалеку.

Более шести тысяч идолопоклонников, видевших чудо, обратились в истинную веру. А мученика, по приказу императора, сожгли во второй раз.

Паисий Величковский

По церковному календарю 28 ноября поминают преподобного Паисия Величковского, архимандрита Нямецкого монастыря в Молдавии.

Родился будущий Святой в семье протоиерея в городе Полтаве в 1722 году. Вести подвижническую жизнь Паисий начал с 17 лет – вступив в Любечскую обитель, он перешел в скит Трейстены в Молдавии, а оттуда – в скит Керкул, в котором монахи вели особенно строгую жизнь.

Переселившись на гору Афон, преподобный основал там особую монашескую общину – скит Святого Илии. В священный сан он был рукоположен в 1758-м.

Преподобный Паисий с 64 монахами в 1763 году переселился в Молдавию, по просьбе тамошнего правителя, для обустройства монашеской жизни в стране, и стал настоятелем монастыря Драгомирны.

После русско-турецкой войны в 1774-м земля, на которой размещался монастырь, отошла к католической Австрии. Преподобный, решил уйти и увести всю братию – 350 человек. Им предоставили бедный и уединенный в горах Секульский монастырь.

Преподобный, когда число насельников обители умножилось, переселился с братией в 1779 году в Нямецкий монастырь, оставив часть монахов в Секуле.

© photo: Sputnik / Sergey Pyatakov
Монахини после божественной литургии

Паства преподобного со временем умножилась. Среди нее были иноки более чем 10 национальностей, число которых к 1790 году выросло до 10 тысяч человек. Это был самый многолюдный монастырь Восточной православной церкви в то время.

В сан архимандрита Святого возвели в 1790-м. Прожив 72 года, преподобный мирно скончался в 1794 году.

Именины

По церковному календарю 28 ноября именины отмечают Гурий, Григорий, Дмитрий, Николай, Никита, Петр, Фома и Филипп.

Материал подготовлен на основе открытых источников

0
Теги:
Церковный праздник, Религиозный праздник
Темы:
Календарь религиозных праздников