Заседание парламента Грузии

Грузинская мечта о новой Конституции

254
(обновлено 11:32 17.10.2017)
Сергей Маркедонов
Сергей Маркедонов, доцент кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ рассказал Sputnik Грузия о своем взгляде на проблемы, связанные с принятием новой Конституции Грузии

Итак, 13 октября грузинский парламент, преодолев вето президента, принял проект новой Конституции. Процесс перехода Грузии к парламентской модели, начатый еще в период пребывания у власти Михаила Саакашвили, завершен.

Согласно изменениям Основного закона, главу государства будут избирать не всенародным голосованием, а специальной коллегией выборщиков из 300 человек (депутаты национального парламента, высшего представительного органа власти Аджарской автономии, парламента Абхазии "в изгнании", а также представители муниципалитетов).

Впрочем, к одним формально-юридическим изменениям процесс конституционной реформы не сводится. В Грузии утверждается новая властная конфигурация, практически свободная от наследия Саакашвили.

В Комиссии одни мечтатели

Реформирование Основного закона Грузии без всякого преувеличения является важнейшим последствием прошлогодней парламентской кампании. Напомним, что итогам двух туров выборов правящая партия "Грузинская мечта" не просто одержала победу и укрепила свои позиции, но и обеспечила себе конституционное большинство, то есть смогла получить однопартийное правительство и возможность продвигать любое решение в высшем представительном органе власти. И все это происходило на фоне раскола внутри ведущей оппозиционной партии "Единое национальное движение" и отсутствия готовности среди оппонентов власти хотя бы к ситуативному взаимодействию.

В этой ситуации логичным шагом стало формирование такой системы, которая обеспечивала бы партии власти многолетнее доминирование на политическом Олимпе страны.

Пересказывать все процедурные перипетии принятия поправок к Основному закону Грузии ни к чему. Отметим лишь несколько наиболее важных черт этого процесса.

Хотя формально изменение Конституции рассматривается как общенациональное дело, а не как партийный проект, фактически с выдвижения первого варианта поправок и до момента окончательного утверждения проекта нового Основного закона все ключевые решения принимались "Грузинской мечтой". Ни одна из оппозиционных сил не доработала до конца в Конституционной комиссии. И все попытки диалога между правящей партией и ее оппонентами, включая и те, что предпринимались при участии международных посредников, не привели к достижению компромиссных результатов. Таким образом, проект новой Конституции с полным основанием можно считать эксклюзивным.

Последний президент — оппозиционер?

Поправки к Основному закону категорически не принял действующий президент Грузии Георгий Маргвелашвили. Будучи изначально выдвиженцем "Грузинской мечты", глава государства встал на другую сторону.

Противоречия между президентом и правительством обозначились не вчера. Более того, они носят системный характер. После предыдущих реформ Конституции, предпринятых в 2010-2011 гг., глава государства терял значительный объем своих прежних полномочий, но при этом выбирался всенародно, что давало ему высокий уровень легитимности. Эту коллизию трудно было бы преодолеть любому политику вне зависимости от происхождения и партийной принадлежности. Оказавшись в президентском кресле, Маргвелашвили не смог и не захотел играть роль политического статиста, исполнителя воли правительства, парламентского большинства и поддерживающего их олигарха Бидзины Иванишвили, которого многие грузинские обозреватели считают главным бенефициарием конституционной реформы. И в третий раз за четверть века постсоветской независимости в Грузии появился президент-оппозиционер.

В этой роли в начале 1990-х побывал свергнутый первый грузинский лидер Звиад Гамсахурдиа. В 2012 году после поражения своей партии "Единое национальное движение" на парламентских выборах и наступившего затем периода "кохабитации" в этом качестве себя аттестовал Михаил Саакашвили. Теперь пришла очередь Георгия Маргвелашвили. Но, похоже, что в новой системе власти, которая утвердится после принятия конституционных поправок, для такого парадоксального явления просто не будет места.

Разделяй и властвуй?

Помимо отказа от прямых выборов главы государства, имеющих большое символическое значение, есть не менее важные изменения, на которые стоит обратить внимание. Это и получение партией-победительницей нераспределенных мандатов, и запрет на формирование избирательных коалиций, и снижение проходного барьера с пяти до трех процентов.

Ведущей политической силе намного проще будет иметь дело не с двумя – тремя оппозиционными партиями, а с конгломератом мелких объединений, ослабляемых к тому же личными амбициями их лидеров. Таким образом, налицо попытка закрепить фактическое доминирование правящей партии на конституционном уровне.

Очевидно, что "Грузинская мечта" сможет с выгодой использовать свое нынешнее положение для обеспечения влияния на итоги будущих кампаний. То, что не получилось в свое время у Саакашвили, начинает получаться у "мечтателей".

Европейцы смирились

Между тем, значение грузинской конституционной реформы не ограничивается одним лишь внутриполитическим измерением. Традиционно аналогичные процессы в республиках бывшего Советского Союза становятся предметом пристального внимания со стороны Европейской комиссии за демократию через право (также известной, как Венецианская комиссия). Не стала исключением и конституционная инициатива "Грузинской мечты". Более того, юристы Комиссии даже высказали ряд критических замечаний относительно предложенных реформ. Прозвучали из их уст и слова по поводу опасности доминирования одной политической силы, и важности достижения консенсуса между властями, оппозицией и гражданским обществом. Однако особой требовательности и настойчивости Венецианская комиссия не проявила.

Как не проявили ее и американские политики и их союзники из стран ЕС, склонные, как правило, говорить об уважении к западным ценностям как важнейшем условии присоединения к НАТО и Евросоюзу. Но на поверку выходит, что одного следования в русле политики Вашингтона и Брюсселя достаточно, чтобы считаться страной, следующей по "верному демократическому пути". И если "Грузинская мечта" сохранит свои нынешние внешнеполитические приоритеты (среди которых вступление в НАТО и готовность к "сдерживанию" России), то отступление от высоких стандартов демократии и даже установление доминирования одной партии ей простят. Как ранее прощали авторитарные замашки Саакашвили.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

254
Теги:
Поправки в Конституцию
Темы:
Конституционная реформа (105)
Загрузка...

Орбита Sputnik